Путь к счастью пролегал через лагеря и целинные просторы

Фашистские лагеря, городки для спецпереселенцев и работа на целине встретились на жизненном пути Зинаиды Кудрявцевой из Шексны прежде, чем она обрела свое семейное счастье, которое длится уже седьмой десяток лет. На днях Зинаида Петровна и ее избранник - Виктор Ермолаевич - отметили 61-ю годовщину совместной жизни.

Детство за колючей проволокой

Маленькая Зина появилась на свет в самом начале Великой Отечественной войны. Своего отца не помнит: он ушел на фронт и с полей сражений уже не вернулся. Вместе с семьей, в которой кроме мамы и бабушки было еще два старших брата, жила в Брянской области, попала в оккупацию. 

В 1943-м, перед отступлением, немцы стали сжигать дома, а часть людей угоняли вместе с собой. Так семья Зинаиды оказалась в эшелоне, что держал путь на север Германии.

Поселили в бараках за колючей проволокой, вдоль периметра - охранники с собаками. Выдали одежду с номерами на спине. Мать каждое утро забирали на работу  разгружать вагоны с углем, поздно вечером возвращалась черная от пыли и смертельно уставшая. С детьми оставалась бабушка.

Однажды за старшим братом пришел конвоир и человек в белом халате. Бабушка пыталась защитить испуганного мальчишку, да куда там. Забрали. Через несколько часов принесли обратно, уже на носилках. Оказалось, что у брата принудительно брали кровь для раненых немецких солдат. «Заботливые» фашисты выдали парню витамину, которую он сжимал между пальцами. Пришла мать, забрала «подарок» и выбросила. По лагерю ходили упорные разговоры, что детей как ненужных немцам «нахлебников» при любом удобном случае пытаются отравить.

- Я еще совсем маленькая была, но помню, что по ночам бабушка с мамой шептались: мол, опять партию людей, кто ослабели физически, немцы в особый лагерь отвезли, а оттуда только один путь - в крематорий. Значит, и до нас скоро очередь дойдет, - вспоминает Зинаида Петровна. - Решили все вместе бежать.

Близился конец войны, охраны в лагере стало заметно меньше, и потому беглецы смогли незамеченными пролезть под двумя рядами колючей проволоки. Братья перебирались самостоятельно, маленькую Зину подсаживали на руках. Но немного не рассчитали - зацепили до крови. И эта отметина на худеньком детском теле осталась с ней на всю жизнь…

Оказавшись на воле, всю ночь шли на восток, на рассвете решили заночевать в стогу. Забрались - а под сеном еще человек 15, и тоже все беглецы.

Утро началось с треска мотоциклетных моторов. Приехали немцы, всех вывели из стога, мужчин избили, маму Зины, в которую мертвой хваткой вцепились заплаканные дети, только толкнули прикладом. Всех привели обратно в лагерь, а еще через несколько дней пришло долгожданное освобождение.

Зинаида Петровна рассказывает, что на распахнутых воротах вывесили красный флаг, всех детей помыли и накормили, а ей солдаты-красноармейцы еще и подарили красивое платье. Но радость была недолгой: вечером уже освобожденный лагерь попал под обстрел, и старшему брату осколком выбило глаз.

Мальчик оказался в больнице, поэтому в первую партию репатриированных, которых отправляли в Советский Союз не только поездами, но и самолетами, семья не попала. На Брянщину удалось вернуться только в середине лета. Практически все дома были сожжены и разрушены, поэтому на первое время пришлось обосноваться в земляной яме, прикрытой сверху ветками. Позднее их при­ютил брат отца. Мать днем работала в колхозе, а по ночам плела из лыка лапти, которые бабушка продавала на рынке. Этим и жили.

Снова в дорогу

Где-то через год в Брянскую область ненадолго приехал мамин брат, собиравшийся вместе с семьей перебираться в Калининградскую область - бывшую Восточную Пруссию. После войны эта территория была включена в состав СССР, значительную часть местных немецких семей переселяли в Германию, а им на смену приезжали русские, украинцы и белорусы из лежащих в руинах городов и сел.

Попасть в число «калининградских спецпереселенцев» было непросто - там сразу же давали более менее благоустроенное жилье, а потому желающих было намного больше, чем выделяемых каждой области квот. Но снова помог мамин брат, похлопотал. На новом месте обосновались в только что образованном совхозе рядом с городом Гусев. И долго дивились местным бытовым удобствам - на контрасте с советскими колхозами 40-х годов это было особенно заметно.

В Калининградской области Зинаида Петровна окончила школу, а получив аттестат, в конце 50-х, как и многие из девушек и юношей Страны Советов, по комсомольской путевке отправилась в северный Казахстан осваивать непаханые земли. Там-то и познакомилась с другим целинником - Виктором Кудрявцевым. Сам он родом из казахского Семипалатинска и попал в так называемый целинный набор - всем местным выпускникам-десятиклассникам для получения аттестата (а только с ним можно было поступить в институт или техникум) требовалось не меньше трех лет отработать на целине.

Молодые стали встречаться, а в феврале 1962-го сыграли свадьбу. Вскоре в семье появилась первая дочь, потом еще двое детей. После целины Кудрявцевы жили на родине мужа, Зинаида Петровна работала в детском саду, а Виктор Ермолаевич в совхозе, где от водителя дорос до главного инженера хозяйства.

Жили бы и не тужили, но в начале 90-х по Казахстану прокатилась серия националистических выступлений. Формально власти их осуждали, но конкретных шагов, чтобы искоренить, не предпринимали. Отношения с соседями, с которыми прежде мирно сосуществовали три десятилетия, стали накаляться, и Кудрявцевы решили перебраться в Россию.

К тому времени их старшая дочь уже обосновалась в Вологодской области, в военном городке под Чебсарой. Туда и отправились с минимумом вещей. Зинаида Петровна нянчилась с внуками, а Виктор Ермолаевич перед выходом на заслуженный отдых успел несколько лет поработать водителем «хлебовозки».

Тренажер долголетия

В 2005-м, на 60-летие Великой Победы, Зинаиде Петровне как малолетней узнице фашистских лагерей вручили жилищный сертификат, и через год Кудрявцевы справили новоселье в одном из домов Шексны Северной. Дом не новый, но зато к квартире, пусть и за отдельную доплату прежним хозяевам, прилагался небольшой огород. Стали выращивать там картошку и зелень, посадили несколько яблонь.

Этот же огород стал со временем и своеобразным тренажером для активного долголетия. Возраст каждого из супругов уже на девятом десятке лет, но оба не теряют бодрости духа и физической активности. Летом - огород, зимой - утром и вечером обязательные совместные прогулки с лыжными палками в руках. И оба веселые, позитивные, жизнерадостные.

Не нажив за свою жизнь никаких сокровищ, Кудрявцевы все равно считают себя богатыми людьми. И главное их достояние - большая семья, в которой уже семь внуков и девять правнуков, а скоро ожидается очередное пополнение - десятый по счету правнук. А еще они не только богатые, но и счастливые, сумели пронести свою любовь друг к другу и через целину, и через Казахстан, и через Вологодчину, ставшую теперь для них настоящей второй родиной.

- Витя у меня по молодости кудрявый-кудрявый был, но я ни одного вихра у него с головы не вырвала, только гладила, - улыбается Зинаида Петровна. - Да мы вообще никогда не ругались, повода не было. А когда ты по-настоящему любишь кого-то, то и прожитых вместе лет уже не считаешь. В прошлом году, что у нас 60-летие совместной жизни приближается, я только от работников ЗАГСа и узнала.

Максим ВОЛОДИН