Комсомольская свадьба
1380
Он вступил в комсомол в пятом классе, служил во взводе разведки и разнимал деревенские драки стенка на стенку. А с любимой девушкой они не могли пожениться несколько лет, потому что нельзя было допустить семейственности в райкоме. Все это - штрихи интересной биографии Сергея Цветкова, беседой с которым мы продолжаем цикл публикаций, посвященных грядущему 95-летию ВЛКСМ.
Третий раз в первый класс
- Сергей Николаевич, насколько мне известно, ваше детство и молодость прошли в Чебсарском районе…
- Да, я родился в 1936 году в Чебсаре. Незадолго до войны семья переехала в деревню Панькино. Отец работал конюхом, мать - дояркой. На двоих выходило по 600 трудодней в году. А так как местный колхоз стоял на ногах крепко, то на эти трудодни и зерно давали, и продукты. Жили неплохо, но тут началась война. Отца вместе с группой односельчан забрали на фронт уже 23 июня. Женщины плакали, а мужики улыбались, шутили, говорили, что через полтора - максимум два месяца разобьют Гитлера и вернутся с победой домой. А оно вон как вышло - из 23 призванных из деревни мужиков через четыре года вернулись только двое. Отец же в ноябре погиб под Москвой.
В деревне настали трудные времена. Выживать приходилось за счет подсобного хозяйства и огорода. И все бы ничего, но в области было приказано построить несколько оперативных аэродромов. А один из них - в поле у нашей деревни. Для строительства привлекли жителей окрестных деревень и заключенных. Хотели сносить наш дом. Вспоминаю отчаяние на лице матери, когда она узнала об этом известии. Но тут помог случай. Дом приглянулся начальнику строительства и его жене. Им мы выделили самую большую комнату, а сами переселились в маленькую. Аэродром построили в срок, но мы остались без огорода и картошки на посевную - видимо, заключенные украли. А тут еще и корова пропала - последняя наша кормилица. Было жутко голодно, я сильно ослаб и, хоть и стыдно в этом признаться, несколько раз просил по деревне милостыню.
- А в школу ходили?
- Пытался ходить. Но школа была в трех километрах от дома, а мне и одеть нечего. Пока было не так холодно по осени, ходил на учебу пешком. Ну, а по снегу ведь голыми ногами не пойдешь. Два года начинал ходить в школу, и оба раза зимой прекращал. И только после войны смог наконец-то начать нормально учиться. Снова пошел в первый класс, как раз накануне своего 10-летия.
- А лишения не ожесточили ваше сердце, не было обиды на Советскую власть и лично на товарища Сталина?!
- Нет, что вы! Все понимали, что холод и голод приходилось терпеть из-за войны. Ну и вера в победу была, и в Сталина конечно же. В марте 1953-го, когда до Чебсары дошло известие, что вождь умер - многие люди на улицах плакали навзрыд…
Как исполнилось 14 лет, сразу же вступил в комсомол. Я тогда учился в пятом классе. Потом, закончив школу, был призван в армию. Служил в Заполярье. Был командиром отделения взвода разведки и секретарем комсомольской ячейки. В 1958-м вернулся в Чебсару, встал на воинский учет. Через несколько дней вызвали в райком комсомола и предложили поработать в милиции, участковым. Особого желания у меня не было, попробовал отказаться. Да куда там! Говорят - раз комсомолец, считай это направление комсомольским поручением.
На семейном подряде
- И сколько прослужили в органах?
- Четыре года. Много всего навидался. Поветрие было такое - напьется молодежь на праздники и идет драться. Сельсовет на сельсовет, стенка на стенку. Один раз и я под раздачу попал, когда дерущихся разнять пытался. Ножом задели. Но спас прорезиненный милицейский плащ. Лезвие распороло плащ, китель, рубашку, а пробить плоть сил уже не хватило - только поцарапало.
Кстати, все четыре года, что служил в милиции, я был членом бюро райкома ВЛКСМ в качестве внештатного секретаря. А в мае 1962-го пригласили в райком партии на беседу и предложили должность второго секретаря РК ВЛКСМ, но уже на освобожденной основе. Хотя практически сразу же первого секретаря райкома и, к слову, мою будущую супругу Галину Васильевну, в девичестве Шкарину, перевели на работу в обком комсомола. И я работал за двоих. Это было время строительства Волго-Балта, и шел активный набор молодежи на стройку. Комсомольская организация бдительно смотрела за тем, как ребят устроили в общежитиях, какие бытовые условия и заработную плату им предложили…
Внимание к этой стройке было огромное. Другое дело, что вторым секретарем Чебсарского райкома я был меньше года. В конце 1962-го началось укрупнение территорий, и Чебсарский район ликвидировали, разделив его земли между Вологодским и Череповецким районами. А в январе 1963 года я был избран первым секретарем ВЛКСМ Вологодского сельского района.
- Если можно, несколько слов о вашей личной жизни. Получается, что у вас был комсомольский семейный подряд?
- С Галиной мы познакомились еще тогда, когда я работал участковым. Встречались пять лет. Неоднократно за это время хотели расписаться, но тогдашний первый секретарь райкома партии Борис Корытков нас отговаривал. Мол, потерпите еще ребята, погуляйте. Если вы сейчас поженитесь - кому-то придется покинуть бюро райкома, семейственности допустить нельзя. Так что мы поженились лишь в сентябре 1963-го, когда оба уже перебрались в Вологду. Я в то время работал в райкоме, она в обкоме ВЛКСМ, и прямой подчиненности между нами уже не было.
- Свадьба была обычной или комсомольско-безалкогольной?
- Скажем так, смешанной. После росписи в Доме культуры железнодорожников поехали в Лукьяново, в родительский дом Галины. Гостей было человек 60. Весь обком комсомола приехал нас поздравить во главе с первым секретарем Василием Кукушкиным. До сих пор помню их коллективный подарок - небольшой коврик. Я специально перед свадьбой купил несколько ящиков водки. Сами-то мы с молодой супругой бокалами с шампанским чокались, ну а гостям, думал, надо что-то покрепче предложить. Но никто не напился, все прошло чинно. Утром встали - а два ящика с водкой так и стоят нетронутые. Я их потом обратно в магазин отнес и уговорил продавца вернуть мне деньги.
Награды вручили через 55 лет
- А вообще, вологодская молодежь в начале 60-х пила много? С бутылками пива на скамейках, наверное, не сидели…
- Конечно, не сидели. Пива в бутылках в магазинах практически не было. Да и разливное «Жигулевское» считалось дефицитом. Как привезут - у киоска очередь. И в основном стояли крепкие, зрелые мужики. Ну а сельская молодежь больше домашнее пиво пила и брагу. Особенно в дни религиозных праздников. За браговарение могли строго наказать по комсомольской линии. Обычно принимали решение о строгом выговоре. А вот за хулиганство могли и комсомольского билета лишить, особенно если было возбуждено уголовное дело.
Но у нас тогда и другой работы хватало. Комсомольская организация Вологодского района считалась самой крупной в области - 4500 человек. Организация участвовала в подборе кадров на фермы, помогала им быстрее освоиться, поощряла передовиков. Было создано 79 молодежно-комсомольских ферм, где работала только молодежь. Вот и приходилось ездить по отдаленным колхозам. Мы с женой иногда неделями друг друга не видели. Но зато и отдача от работы была. Ну, и партийные органы нам здорово помогали. Помню, первый секретарь обкома Анатолий Дрыгин сам постоянно по полям и по фермам ездил, многих доярок по именам знал. Таким же неугомонным был и первый секретарь Вологодского райкома партии, будущий Герой Соцтруда и председатель облисполкома Виктор Алексеевич Грибанов. Я его всегда считал своим наставником. И он же меня в 1965-м «сагитировал» перейти на партийную работу.
- Как сложилась ваша дальнейшая жизнь?
- Был лектором райкома партии, заведующим отделом агитации и пропаганды, закончил Ленинградскую высшую партийную школу, работал в райкоме КПСС. С 1981 по 1991 годы был лектором обкома партии. В январе 1992 года перешел на работу в архив новейшей политической истории. 16 лет был его директором, сейчас - главный архивист. Работа интересная, мне нравится. У нас на хранении находится примерно 870 тысяч дел. В том числе 250 тысяч по комсомольской тематике. Есть и интересные.
В 1995-м, накануне 50-летия победы, наткнулся в архиве на список 16 молодых оштинских минеров, представленных к награждению орденом Красной Звезды и медалями. Стал узнавать что и как. Из Вытегры сообщили, что никто из представленных к награде своих орденов так и не получил. Вышел на тогдашнего главу района, попросил установить судьбу обозначенных в списке 16 местных жителей. Но найти следы этих людей тогда не смогли. Через пять лет, к 55-летию Победы, вновь вернулся к этой теме. В этот раз обратился уже прямиком к одному из помощников бывшего губернатора Вячеслава Позгалева. Увидев, что все наградные листы выправлены надлежащим образом, глава региона пообещал при первой же встрече с Президентом решить вопрос о награждении. И слово свое сдержал. 4 мая 2000 года Владимир Путин подписал указ о награждении 8 вытегоров из списка (чье местожительство удалось установить). Но так как ордена Красной Звезды уже не было, награжденным вручили медали «За отвагу».
- С кем-то из бывших друзей-комсомольцев встречаетесь?
- Со многими. И не только встречаемся, но и всякие акции проводим. В конце октября, к 95-летию ВЛКСМ, хотим организовать выставки в нашем архиве и областной библиотеке, посвященные истории комсомольского движения на Вологодчине. Приходите, будет интересно!
Комментарии (0)