Анатолий Дрыгин: человек-эпоха
3741
Доступный и простой в общении, но когда нужно - жесткий и авторитарный. Временами вспыльчивый, но умеющий признавать свои ошибки. Скромный в быту и очень работоспособный. Таким запомнился современникам бывший первый секретарь Вологодского обкома КПСС Анатолий Семенович Дрыгин, 100-летие которого будет отмечаться 14 марта.
Агроном и командир полка
На Вологодчине время Дрыгина принято называть эпохой. И не только потому, что этот человек стоял у руля области без малого четверть века. Именно при Дрыгине произошли разительные перемены как в экономике, так и в повседневной жизни вологодского края, превратившегося в мощный индустриальный регион с тысячами километров асфальтированных автодорог, многочисленными перерабатывающими предприятиями, птицефабриками и миллионами квадратных метров нового благоустроенного жилья.
Современную Вологодскую область уже трудно представить без так называемого дрыгинского наследия, к которому с полным правом можно отнести и первый такого рода в стране Октябрьский вантовый мост в Череповце, и вологодский троллейбус, и когда-то прочно ассоциировавшееся с Вологодчиной звание молочной столицы России.
Кстати, вполне возможно, что распорядись судьба чуть иначе, уроженец саратовского города Балашова Анатолий Дрыгин мог бы стать ученым с мировым именем или известным селекционером. По крайней мере, в годы своей молодости он окончил институт плодово-ягодных культур в Мичуринске и с дипломом агронома высшей квалификации работал в Башкирском научно-исследовательском институте реконструкции сельского хозяйства, а затем заведующим отделом плодово-ягодной опытной станции. В 1941 году была опубликована и первая научная работа Дрыгина «Агротехника ягодных культур». Талантливому селекционеру прочили блестящее научное будущее, но тут началась война.
Призванный на фронт в июне 1941-го, он испытал и горечь поражений первых военных месяцев, и радость долгожданных побед. За четыре страшных и кровавых года прошел путь от политрука стрелковой роты, командира батальона до командира полка. Был трижды ранен, награжден четырьмя орденами и пятью боевыми медалями. В звании гвардии майора закончил войну в Кенигсберге. В мае 1946-го был демобилизован. Причем вернулся к мирной жизни не один, а с будущей женой. С младшим сержантом Антониной Мартьяновой, служившей связистом и военным переводчиком в 24-й стрелковой дивизии, формировавшейся, к слову, в Вологде, Дрыгин познакомился еще в 1943-м. И именно эта женщина стала главной любовью Анатолия Семеновича на долгие-долгие годы, его верной спутницей жизни, заботливой супругой и матерью двух дочерей.
Первые послевоенные годы семьи Дрыгиных прошли под Ленинградом. Как офицера-фронтовика, Анатолия Семеновича назначили директором экспериментальной базы «Красный пахарь» Всесоюзного института растениеводства, а затем директором крупного совхоза «Скреблово». В 1950-м Дрыгина избрали первым секретарем Лужского райисполкома, а через три года - первым секретарем райкома КПСС.
Партийная карьера Анатолия Дрыгина, уже успевшего зарекомендовать себя опытным управленцем и умелым хозяйственником, оказалась довольно стремительной. Из Лужского райкома он попал в Ленинградский обком партии, где работал заведующим сельхозотделом, через год стал первым заместителем председателя Ленинградского облисполкома, а затем - секретарем Ленинградского обкома КПСС.
И тут вмешался Никита Хрущев…
Поворотной точкой в жизни Анатолия Семеновича стал сентябрь 1961 года, когда он был вызван на беседу в ЦК КПСС. В конце 90-х годов прошлого столетия автору этих строк удалось встретиться с проживавшей тогда в Москве вдовой Анатолия Дрыгина - Антониной Григорьевной, - которая весьма подробно рассказала о перипетиях того дня.
- В Москву Анатолий Семенович ехал на официальное утверждение. Его должны были назначить председателем Ленинградского облисполкома. Мы знали, что все соответствующие бумаги уже заготовлены. А именно в этот день на первой странице газеты «Советская Россия» появилась статья «Вологодское разнотравье», рассказывающая про бедлам в тогдашнем сельском хозяйстве Вологодчины. И вот стоит Анатолий Семенович на трибуне, отвечает на вопросы, а сидящий в президиуме Никита Хрущев внимательно читает попавшуюся на глаза «Советскую Россию». Потом поднимает голову и громко спрашивает: «Мы собирались менять в Вологде первого секретаря обкома?!» - «Нет пока, - ему отвечают, - нынешний только год в своей должности. Да и кандидатур подходящих нет». - «Поменять придется, - веско закончил Хрущев. - А кандидатуру мы подберем. Вот хотя бы товарища Дрыгина, у него как раз сельскохозяйственное образование».
И уже на следующее утро Анатолия Дрыгина на самолете доставили в Вологду, где вскоре провели отчетно-выборную конференцию и избрали первым секретарем Вологодского обкома.
По воспоминаниям Антонины Григорьевны, уезжали они из Ленинграда без особого желания. Привыкли уже к жизни в крупном культурном городе, да и Вологда, областная столица, при первом ознакомительном визите им не приглянулась – прямо в центре города лопухи и бурьян, покосившиеся деревянные тротуары, пыльные дороги в выбоинах и ямах.
- Муж первый раз в Тотьму на служебной машине поехал, - рассказывала Антонина Дрыгина, - а это как раз после октябрьских дождей было, поэтому сознательно не в «Волгу» сел, а в «уазик». Но все равно где-то в пути они застряли. На следующий день приехал домой под вечер злой и грязный. Я ему грешным делом и говорю тогда: «Ну давай потерпим год-полтора, а потом ты похлопочешь, чтобы тебя обратно в Ленинград перевели, думаю, не откажут». А Анатолий Семенович услышал это и как стал на меня ругаться. Мол, мы-то, может, и уедем, а людям здесь жить и жить - как я после этого им в глаза смотреть буду?! Нет, говорит, никуда я отсюда проситься не буду. А трудности на то и существуют, чтобы их преодолевать!
А трудностей тех хватало с избытком. Уже дал свою первую продукцию Череповецкий металлургический комбинат, но область по-прежнему считалась аграрной. Правда, из-за низкой производительности труда и отсталых технологий ни урожайностью сельскохозяйственных культур, ни средними надоями молока похвастаться аграрии не могли. Плохо было и со снабжением. В последние годы хрущевского правления в СССР вновь обострился продовольственный кризис, который принял на Вологодчине особенно изощренные формы. Даже в магазинах областного центра зачастую не было ни муки, ни пшена, ни белого хлеба.
Налаживать жизнь региона новоиспеченный руководитель области начал с экономики. Практически еженедельно выезжал в Череповец, где контролировал ход работ по становлению металлургического комбината. Во время производственных совещаний Дрыгин честно говорил, что он по образованию агроном и многих премудростей металлургии не знает, но общие принципы хозяйствования сходны и там, и там - чтобы требовать от людей быстрой и качественной работы, нужно обеспечить их всем необходимым и создать соответствующие бытовые условия.
Вместе с новыми цехами меткомбината стали строиться и жилые дома. Череповец стал первым городом области, куда пришел природный газ. И не только на производство, но и в жилые кварталы. Уже в 1962 году металлургический завод из убыточного предприятия превратился в рентабельное, принеся полуторамиллионную прибыль. Это были очень хорошие деньги по тем временам. К 1965 году выплавка чугуна увеличилась втрое, стали - вчетверо, выпуск проката увеличился на 500%.
Ставка на кадры
Перемены начались и в других городах и районах области. Стали более активно строиться детские сады и школы, модернизировались местные мясо- и молкомбинаты. Подгоняемые Дрыгиным (зачастую - путем очень жестких «разносов», а бывало и авансовой похвалой) руководители райкомов и райисполкомов стали более внимательно подходить к вопросам благоустройства «своих» территорий.
Вообще, следует особо отметить, что к экономическому и социальному прорыву Вологодчины в 60-е годы прошлого столетия во многом привела грамотная кадровая политика первого секретаря обкома. Он ввел правило строгой персональной ответственности за порученное руководителю дело, порой достаточно жестко избавляясь от нерадивых и безынициативных управленцев, заменяя их теми, кто действительно мог и хотел работать.
Уже через полгода пребывания Дрыгина в области своих должностей лишились председатель Вологодского совнархоза, несколько руководителей райисполкомов и многочисленные «уполномоченные», которые на практике ни за что не отвечали. Но при этом Дрыгин никогда не был мстительным человеком. Жаркие диспуты с руководителями хозяйств и предприятий иногда заканчивались не только руганью, но и обоюдным матом - среди представителей директорского корпуса тех лет тоже было немало фронтовых офицеров, и спуску в споре даже с первым секретарем обкома они не давали.
Но если Дрыгин видел, что несдержанный оппонент действительно радеет за порученное ему дело, то никаких оргвыводов не делал. А, наоборот, остыв, первым пытался извиниться.
Очень актуальной была в ту пору транспортная проблема. Чтобы добраться до отдаленных райцентров на востоке области в периоды весенней и осенней распутицы, иногда требовалось по два-три дня. Застрявшие в грязи грузовики в буквальном смысле слова протаскивали через дорожные топи дежурившие поблизости трактора. С середины 60-х годов на Вологодчине началось массовое дорожное строительство, но новые асфальтированные трассы сразу ко всем крупным населенным пунктам не могли появиться в одночасье. Чтобы обеспечить жителей Никольского, Кичменгско-Городецкого, Бабушкинского и ряда других районов всем необходимым, в период весеннего половодья (в остальное время суда не могли пройти по мелеющим рекам) по реке Юг проводился караван из 250-300 катеров и барж. Эта ежегодная весенняя навигация получила название «Операция «Юг», которую Дрыгин всегда контролировал лично.
Трудно переоценить заслуги Анатолия Дрыгина и в массовом жилищном строительстве на Вологодчине. В свое время он пошел на определенный риск, уговорив не только руководителя Союзного Госплана, но и некоторых членов ЦК КПСС оставить часть предусмотренных в федеральную казну налогов от череповецкого металлургического производства в области и направить их на строительство заводов блочного домостроения. И время доказало правоту этого шага. В городах и райцентрах один за другим стали возникать новые микрорайоны сначала панельных, а потом и кирпичных домов. Не станем утомлять читателей подробным перечислением того, что и как было сделано в жилищной сфере Вологодчины за годы «правления» Анатолия Дрыгина. Приведем лишь несколько цифр. В 1961 году в строительном комплексе Вологодчины были заняты только 14000 человек, а к 1985-му - уже 87 тысяч, или каждый шестой занятый в экономике. За это время ежегодные объемы жилищного строительства многоквартирных домов выросли почти в 10 раз!
Докладная на имя Брежнева
Разительно изменился за время эпохи Дрыгина и аграрный комплекс Вологодчины. Будучи не просто дипломированным агрономом, но и практиком работы на экспериментально-опытных сельскохозяйственных предприятиях, Анатолий Семенович стремился перенести их положительный опыт на деятельность вологодских колхозов и совхозов. Стали массово закупаться элитные семена, внедрялись новые методы и формы сельскохозяйственного труда.
Поначалу, правда, больших успехов не было. Низкое плодородие вологодских земель, малая урожайность и мелкоконтурность угодий, становившаяся помехой при проведении механизированных работ, ставили перед колхозниками массу проблем, решить которые одними только элитными семенами и новаторскими подходами было нереально. Поэтому перед мартовским пленумом ЦК КПСС 1965 года (а всего за несколько месяцев до этого своего поста лишился еще недавно казавшийся всесильным Никита Хрущев) Дрыгин готовит на имя нового руководителя страны Леонида Брежнева обстоятельную докладную записку на 12 машинописных листах. В ней высказывались конкретные предложения о том, как в условиях планового ведения хозяйства в СССР можно задействовать экономические рычаги для повышения производительности труда и урожайности в сельском хозяйстве. И почти 80% этих предложений были одобрены для внедрения на Вологодчине.
Дошло до того, что Дрыгину даже разрешили перенимать некоторый капиталистический опыт в ведении сельского хозяйства, для чего вместе с представителями облисполкома несколько раз направляли в командировки в Финляндию. На семейные фермы.
Естественно, при социалистическом ведении хозяйства никакого «чистого» фермерства в те годы быть у нас не могло, но зато на Вологодчине стали массово строиться крупные свиноводческие комплексы и автоматизированные животноводческие фермы, рядом с крупными городами появились птицефабрики, был дан толчок развитию комбикормовой индустрии.
За 24 года, что Анатолий Дрыгин бессменно провел на посту первого секретаря обкома КПСС, из числа областей-«середнячков» Вологодчина вышла на лидирующие позиции в стране по многим показателям. Эти успехи были столь очевидны, что в марте 1984 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Анатолию Семеновичу Дрыгину было присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот».
На его могиле - горсть вологодской земли!
Но даже обласканный почестями и наградами, став членом ЦК КПСС, Анатолий Дрыгин по-прежнему был простым в общении и доступным для людей человеком. Обладая хорошей памятью, он помнил имена и отчества не только руководителей хозяйств и предприятий, но и тысяч рабочих и колхозников, с которыми его сталкивала судьба во время многочисленных поездок по районам.
При всем при этом сам Дрыгин оставался очень скромным в быту человеком. Первое время по приезде в Вологду Дрыгины жили в гостинице. Потом перебрались в квартиру в трехэтажном доме на Ленинградской улице (впоследствии здесь жила семья писателя Виктора Астафьева), а затем получили жилье в новом здании на Октябрьской улице. Показательными являются и другие эпизоды. В архивах сохранились зарплатные «квитки» первого секретаря Вологодского обкома КПСС Анатолия Дрыгина. Его ежемесячная зарплата составляла в ту пору 500 рублей «грязными» (это были хорошие деньги, хотя знатные металлурги получали все-таки больше!) Но были различные вычеты - партийные взносы и отчисления. В том числе по 20 рублей в месяц за печатную машинку. Ее Анатолий Семенович принес домой из обкома, чтобы работать вечерами. И исправно платил за нее до тех пор, пока не перечислил всю оценочную сумму.
У руля Вологодской области Дрыгин оставался до июля 1985-го, когда ему уже шел 72-й год. Вышел на пенсию, еще полтора года провел на Вологодчине, а потом уехал в Москву, где занимался общественной работой в качестве представителя организационного комитета по созданию Всесоюзной организации ветеранов войны и труда.
19 ноября 1990 года Анатолия Семеновича не стало. Похоронен он на Троекуровском кладбище в столице. Через несколько месяцев Антонина Григорьевна Дрыгина привезла на могилу мужа горсть вологодской земли…
На доме, где когда-то жил Анатолий Семенович, еще в 2003 году установили мемориальную доску. Одна из площадей Вологды ныне носит имя Дрыгина. Впрочем, куда важнее добрая память, оставленная этим незаурядным человеком в сердцах и душах сотен тысяч вологжан самых разных поколений.
ВоспоминанияКонтролировал жестко
Бывший заведующий отделом агитации и пропаганды Кадуйского райкома КПСС Валентин Колесников:
- Я познакомился с Анатолием Семеновичем Дрыгиным в 1961 году во время его первой ознакомительной поездки по области. На совещание собрали актив райкома и райисполкома. Дрыгин выказал свое недовольство по поводу незначительного, на его взгляд, роста сельскохозяйственных показателей в районе, но это не было обычной начальственной «накачкой». Обозначив проблемные точки в аграрном секторе, Анатолий Семенович тут же предложил свои меры по их исправлению, выслушал мнение местных специалистов и со многими их доводами согласился. Так сообща был выработан комплексный план по развитию сельскохозяйственной отрасли района. Причем Дрыгин потом постоянно звонил, интересовался, как выполняются те или иные запланированные мероприятия. Иногда у меня складывалось впечатление, что он помнил досконально все и всех и тщательно контролировал выполнение своих распоряжений. Если выполнил - молодец, ну а не выполнил - пеняй на себя.
Потом мы часто с ним встречались, когда меня перевели на партийную работу в Вытегорский, а затем и в Шекснинский район. Там и там шла большая стройка - Волго-Балт. Дрыгин старался не только вникнуть во все мелочи масштабного строительства, но и сделать так, чтобы задействованная здесь подрядчиками мощная техника была использована с максимальной отдачей. Именно так в Девятинах появилась своя птицефабрика, а в Вытегре и Шексне параллельно со строительством гидротехнических объектов шло и возведение нового благоустроенного жилья.
Поддел «на крючок»
Участник строительства Череповецкого металлургического завода, а затем управляющий трестом «Вологдапромстрой» Анатолий Кужлев:
- Собственно говоря, во многом именно из-за Дрыгина я и остался в области. В начале своей трудовой деятельности за пять лет я прошел путь от мастера до начальника техотдела треста «Череповецметаллургстрой». Видимо, «наверху» меня заметили. Предложили отправиться на стажировку в министерство. При успешном выполнении этой миссии решался вопрос о моем назначении главным инженером главка с пропиской и квартирой в Москве. Ну а Анатолий Семенович, который подбору кадров всегда уделял повышенное внимание, где-то и как-то о лестном для меня предложении узнал.
В общем, вызвали меня в Вологду, в обком. И не просто вызвали, а даже прислали за мной служебную «Волгу». Когда приехал, Дрыгин поднял на меня строгий взгляд, покачал головой и без обиняков спросил: «Почему собрался в Москву? Подумай - хорошим инженерам у нас есть хорошие предложения. Легкой работы не обещаю, но то, что она будет интересной, - гарантирую». И тут же отправил меня на свою трехдневную «стажировку», устранять недостатки в «Вологдапромстрое». Ну а когда я вник в суть дела и наметил, что и как можно тут сделать, давать задний ход было как бы уже и не с руки. Получается, что поддел меня «на крючок» Анатолий Семенович, сумел работой заинтересовать и в области оставить. Но я не жалею - сделано-то нашим трестом потом действительно было много. И сделано именно на совесть. По-другому, работая под контролем Дрыгина, просто и быть не могло.
Комментарии (0)