Мы спим треть своей жизни и совершенно не придаём значения этой трети. И зря. Мы же не можем просто так прожить треть отведённого нам времени, ничего от этого не получая, кроме забытья с закрытыми глазами. Что-то же в этом должно быть! Можно, конечно, почитать «сонники» и узнать, что к чему снится. А примеришь на себя - не годится. Самим, самим нужно познавать эту непознанную треть. Я, например, всегда трактую сны самодельно: плохой - значит, к хорошему, а хороший, он и без всякой трактовки - к добру. Когда в моей жизни за короткое время произошло сразу несколько событий, от которых у меня случился психологический столбняк -депрессия, я вдруг почти в каждом сне начала падать. То с какого-то высокого этажа, то с обрыва, то с горы, то в яму. Я падала и падала, просыпалась в холодном поту, и становилось ещё хуже, чем было с вечера. И я начала думать каждый раз перед тем, как заснуть: как упасть не больно и не страшно? Придумала, и... вошла в свои сны. Знала, что никакой пропасти нет, что это всего лишь сон, я в любой момент могу проснуться, и что у меня всё получится. Теперь я знала: приземлюсь на цыпочки, чуть подпрыгну, и потом падать уже будет совсем легко. Не больно. И не страшно. И все последующие сны с «падениями» уже были в моей власти. Так я научилась не бояться падать. Во снах. И это понемногу перешло в дневную жизнь. Хорошее чувство - когда ничего не страшно. Конечно, я знаю, что абсолютно ничего не боятся только идиоты (в смысле диагноза), они просто не понимают, чего бояться. А я благодаря снам перестала бояться совершенно осознанно. Вроде того, что «дальше кладбища не унесут». И ещё - «кому суждено быть повешенным, не утонет». Вот, кстати, о последнем. Я не пытаюсь расшифровывать, что значит то или иное сновидение. Приходит день, и я живу его, приходит ночь, и я сплю её. Всё как бы отдельно. Но вот уже несколько лет постоянно снится вода. Большая, неласкового, тяжёлого цвета, иногда с мёртвыми ( или спящими) рыбами. И заходить в неё не хочется, а надо. К чему это? Я не знаю. У каждого свои навязчивые сны. Но я знаю, как избавиться от некоторых из них. Если, конечно, хочется. Сны-обереги Вдруг начала сниться любимая, но уже умершая бабушка. Рассказывает мне, будто живёт она в общежитии, где у каждого отдельная комната. «Смотри, - говорит, - Танечка, как хорошо. Стены деревянные, дышат, соседи хорошие, одежда вся новая». И показывает мне розовые панталоны с начёсом и чёрные лаковые туфли, и платье любимое коричневое. Я-то знаю, что в этом её и похоронили. А на стол выставляет кутью, блины и, почему-то бутылку водки, какие я только в детстве видела - запечатанную сургучом. «Иди, - говорит бабушка, - к нам. Хорошо здесь». День снится, другой, третий... Измучилась уже. А потом сюжет сменился: будто бабушка в хлеву живёт, а все её родственники - дети, внуки - мимо ходят, как будто не видят. Я их дёргаю, хочу к бабушке отвести, чтобы домой её... Ноль эмоций! Старинная бабушкина подружка, баба Таня Тихонова, подсказала несмышлёной мне: это бабушка без помина твоего страдает, подай кому-нибудь с мыслью о Марусе (так бабусю мою звали), и пройдёт. И прошло. Хотите - верьте, хотите - нет. И с папой моим, умершим двенадцать лет назад, так же было... Только по-другому: он не звал к себе, а, наоборот, отталкивал. Вроде, как я в доме нашем старом пожар учинила и зову: «Папа, помоги!» А он стоит рядом, безучастный, и говорит: «Нет, дочь, сама справишься». От чего-то нас берегут эти сны, о чём-то, верно, предупреждают. Вещие сны Таких снов в моей жизни было три. Я - не вещунья, не колдунья, но, что видела, о том и говорю. Ранним июльским утром родилась у меня дочка. Первая. Так тяжело рождалась, что я поклялась: больше никогда никаких дочек. Ни за что на свете! И забылась в глубоком сне. Сплю и вижу: подходит ко мне медсестра, за плечо трогает, «просыпайся» говорит и занавесочку белую отдёргивает с окна. Я как раз напротив того окна лежала. А в окне муж мой стоит. Я-то точно знаю, что взяться ему в этот момент неоткуда, в армии наш папа служил. Прошло с полчаса, и сон стал явью - до мельчайших подробностей. Были ещё два таких же сна, сбывшихся тут же и опять - до мельчайших подробностей, но не стану утомлять вас их описанием, у самих, наверняка, такие же были. Вот это что? Кто нас извещает? Полетели! Говорят, что, когда дети летают во сне, значит, растут. Я, похоже, выросла без полётов. А когда все отпущенные мне в высоту сантиметры уже давно были выбраны, вдруг воспарила. Полетела! (Наверно, потому, что в ширину стала расти.) Эти сны стали лучшими в моей жизни. Я их жду. Жду, что опять оттолкнусь легонько от земли (всего-то на всего!), и сладко замрёт сердце: надо же, и почему в обычной жизни так нельзя? Быстро, легко, невесомо... О снах можно говорить бесконечно. Откуда они, зачем, кто мы в них? Наверно, никогда не узнаем. Но они же есть! Вот представьте себе: наступает ночь, и почти все люди засыпают. Они живут свою другую жизнь, встречаются с теми, о ком, вроде, и не думали, переживают странные, порой фантастические ситуации. Все уснули и перешли в другую, непонятную жизнь. Треть жизни... Мы не можем ею пренебрегать. Мы в ней не просто спим, мы живём. И как будто кто-то или что-то толкает нас: расшифруй, пойми, это - лично для тебя. Твой сон.
Комментарии (0)