Владимир АРИНИН. Версия. О красавице-агенте и великом художнике. Из новой книги
510
Продолжение. Начало в номерах за 6, 13 и 20 октября.
Любовь к брату Безусловно, эта выставка осложнила её положение, её неустанную закулисную деятельность по налаживанию отношений между Россией и Англией. И нужно было действовать с удвоенной энергией. Тем более, что интересы России и Англии действительно сталкивались и на Балканах, и в Средней Азии, и особенно -в Иране и Афганистане. В Англии определённые круги, настроенные против России, опасались её влияния в этих странах, на подступах к жемчужине английской короны - Индии. Дипломатическая и закулисная борьба шла постоянно. Но она считала: всё равно нормальные и даже добрые отношения между двумя великими колониальными державами возможны и необходимы. Новикова постоянно страстно, талантливо выступала в английской печати, сглаживая острые углы, призывая русских и англичан к миру. Лидер антироссийских кругов в Англии лорд Биконсфильд назвал ее «членом британского парламента от России». Ей на самом деле удалось создать в Англии своего рода партию, дружественную России, сюда входил талантливый и очень влиятельный журналист Уильям Стэд, который написал впоследствии о ней книгу «Депутат от России». Стэд так и считал, что Ольга Новикова была российским депутатом в Англии. Обвинения её в шпионаже отвергались. Меж тем на то, что она стала агентом охранного отделения, была своя, глубоко личная причина. Было время, когда она, никогда в жизни не влюблявшаяся, почувствовала, что в мире появился мужчина, который её интересует более других мужчин. Нет, это был не Верещагин, хотя она им восхищалась как личностью и художником. Тем не менее личного в этом ничего не было. Но вот газеты стали писать о не-ком Хаджи-Гирее, таинственной личности, о котором ничего не было известно, но который объявился в Сербии и совершал чудеса храбрости в войне с турками. Таинственность и неизвестность особо привлекали её. И каким-то необъяснимым женским чутьём она чувствовала странную связь с этим непонятно откуда взявшимся Хаджи-Ги-реем. И с удивлением спрашивала себя: неужели впервые влюбилась, и так странно - по газетным сообщениям? Во всяком случае, о Хаджи-Гирее она с жадностью ловила каждую газетную строку. Последний его подвиг привёл её в подлинный трепет. Он повёл сербский отряд в атаку на турецкие укрепления, но пуля задела ему шею. Залитый кровью, он засмеялся и выкрикнул: «Плевать!» (Её словечко - ей тоже на многое было плевать). Но вторая пуля попала ему в руку. Третья -в ногу. Тогда он приказал: «Поднимите меня на руки и несите впереди отряда». И турки бежали. Вот это мужчина! И ей никогда не забыть, что через день она прочитала в газете «Таймс». На первой странице было крупно набрано: «Хаджи-Гирей умер от ран. Под этим именем скрывался русский - Николай Киреев». О Боже, под этим именем скрывался ее брат! Публичная женщина? В тот же день она дала согласие русскому послу в Англии графу Шувалову стать агентом охранного отделения. Он и раньше намекал ей, мол, послужите Отечеству за весьма приличную плату. Вы это можете -послужить Отечеству... Она отказывалась. После гибели брата она дала такое согласие. А весть о героической гибели Николая Киреева облетела всю Россию. Одна из газет писала: «Рассказы о нём, делающиеся изо дня в день все более чудесными, быстро перелетали из города в город, из деревни в деревню, и менее чем через неделю тлеющий огонь русского пыла обратился в пламя. В бесчисленных храмах, маленьких и больших, священники служили панихиды по душе молодого героя, превознося славу умереть за единоверных братьев, и тут же получали воинственный ответ. Прихожане клялись идти туда, где пал Киреев. Многие из них поспешили привести свои слова в действие. Волна волонтёров из России наводнила Белград». И душа Ольги переполнилась страданием, восхищением и жаждой мести. Тем более что Англия поддерживала Турцию на Балканах, хотя изуверства турок, массовые убийства, резня среди славянского населения осуждались всем миром. И надлежало с особым искусством проводить и далее эту свою линию во имя России и всего славянства. И это было так непросто. Но даже на родине ее далеко не все понимали. И даже некоторые выдающиеся люди отзывались о ней дурно. Вот Иван Гончаров, его «Об-ломова» вся Россия читает, а что он про неё пишет: «Это своего рода блудовство, как публичная женщина всем служит, не чувствуя ни любви, ни даже побуждения темперамента». А другой известный писатель, Николай Лесков, вторя Гончарову, тоже осуждает её, как «публичную женщину». «Приедет. Бросит взгляд, с одним, другим повидается, «освежит ресурсы» и уедет снова», - так написал он. А Тургенев назвал ее способ жить «суетой за толстыми щеками». Глупо. Её щёки совсем не толстые, а пухленькие, с милыми ямочками. Так-то, Иван Сергеевич. И знали бы вы, все эти критики, как много она делает для России! Но это тайна. Впрочем, многие выдающиеся россияне высоко ценили ее. Она переписывалась с А.К.Толстым, Ф.И.Тютчевым, Ф.М.Достоевским, М.Н.Катковым, К.Н. Леонтьевым, К.П.Победоносцевым, М.Д.Скобелевым, В.С.Со- ловьевым. И, как уже говорилось, - с В.В.Верещагиным. Неудавшееся покушение А на верещагинской выставке в Вене произошло нечто невероятное. Обстановка вокруг вернисажа, и особенно двух картин - «Святое семейство» и «Воскресение Христово», раскалилась до предела. Венский кардинал Гангльбауер обратился к населению со специальным воззванием - не посещать выставку, бойкотировать ее. Как говорилось в воззвании, «не принимайте участия в этом кощунстве». В австрийском парламенте был поднят вопрос: почему «кощунственные» картины Верещагина разрешены к показу в Вене? Что только увеличило приток посетителей. И произошло... В толпе посетителей выставки появились два монаха. Один из них, воздев руки к небу, возопил, призывая не смотреть на эти картины, отворачиваться от них, а второй лихорадочно начал брызгать из баллончика на полотна серной кислотой. Монахов схватили. Возможно, что это сделали люди Ольги Новиковой. К счастью, картины не были уничтожены, хотя на них образовались прожженные дыры. Впоследствии Верещагин восстановил полотна. Не удалось и покушение на художника. Притом меры, принятые Новиковой, оказались излишними. Верещагин узнал об угрозе покушения и сам защитил себя. Он переехал в другой отель и приготовил на всякий случай револьвер. Жене он писал в Россию: «Я переложил револьвер из заднего кармана в боковой, будь покойна». Покушение не состоялось. Сверххудожник и сверхчеловек Жизненные пути О.А.Новиковой и В.В.Верещагина так и не пересеклись. Он продолжал будоражить мир своим творчеством. Создал монументальную живописную эпопею, глубоко патриотическую по духу, - о войне 1812 года. Посетил Филиппины, Японию, Кубу, США. Везде его выставки имели огромный успех. И везде были скандалы, потрясения. В США бесследно пропала его знаменитая картина о казни англичанами индусов. И Новикова, узнав об этом, продумала: не является ли это делом рук того рыжего агента? Происходили и другие крупные неприятности. Часть его картин, воспользовавшись обстоятельствами, в США присвоил бесчестный антрепренер. А однажды к художнику явились два мафиози и потребовали денег, угрожая в случае отказа сорвать открытие выставки. Но Верещагин сильнейшим ударом кулака уложил одного из них на пол, а другого вышвырнул из комнаты. Таким был Василий Васильевич Верещагин. А успех в США у него был огромным, как и везде. Окончание следует.
Комментарии (0)