Счастье - это дети, внуки и правнуки
786
Завтра вожегодцу Степану Лукьянову исполняется сто лет. 31 июля в Митюковском сельском поселении в деревне Сосновица Вожегодского района соберётся много людей, чтобы поздравить со столетним юбилеем своего земляка Степана Павловича Лукьянова.
Была суббота, когда я вместе с главой местной администрации Александром Геннадьевичем Смирновым приехал в Сосновицу навестить юбиляра. Степан Павлович сидел на диване и слушал новости по радио. По телефону говорила его дочь Галина, которая после выхода на пенсию переехала из Ярославля поближе к отцу. Степан Павлович обрадовался гостям и крепко пожал нам руки. - У нас дедушка, так ласково называют его в семье, только сейчас с прогулки пришёл, - поясняла мне Галина Степановна. - Он всё делает самостоятельно. На улицу выйдет, пройдёт по своему маршруту от порога до главной улицы, затем кружок по огороду - и домой. Очень любит сидеть в саду на солнышке. Утром, бывало, смотрю, - половина седьмого, а он уже встал, помылся, пить чай пошёл. Степан Павлович не выглядит на свои сто лет. В чистой рубашке, загорелый, он улыбался и не спеша рассказывал о своей жизни. Лишь в последние годы он стал хуже слышать. - А ещё когда ему было девяносто семь лет, самостоятельно расколол телегу дров, - дополнил рассказ глава поселения Александр Смирнов. - У меня, может быть, от этого и произошла осечка со здоровьем, - признаётся Степан Павлович. - А так я редко по врачам-то ходил. Всё в колхозе работал, лес заготовляли, лён убирали. Куда посылали, везде работал. Детей-то у меня восьмеро, - показал он мне на пальцах. - Вот Николай приехал, старший, из Белоруссии. Галина, Зоя, Алексей, Тамара, Виктор, Сергей, Елена. Их же всех надо было накормить, выучить, так что, парень, не до болезней. Я никогда не курил, спиртным тоже не злоупотреблял. Даже когда на войне был, свою махорку отдавал сослуживцам. - А потом у нас папа, -вступила в разговор Галина Степановна, - всегда летом ходил босиком. Морозов не боялся. Всё бегом, всё с песенкой. Нет, он у нас на здоровье не жалуется. Может даже в обед и пятьдесят граммов красненького для аппетиту выпить. Степан Павлович за 100 лет многое повидал в своей жизни. Рано познал нелёгкий крестьянский труд, в памяти - годы коллективизации и послевоенной разрухи. Его отец Павел Демидович погиб в первую мировую войну, брат Василий - бывший колхозный счетовод - сложил голову на полях сражений в Великую Отечественную. Мать Мария Елизаровна умерла, когда ей был уже 91 год. Да и сам юбиляр прошёл две войны. Его призвали в армию в конце 1938 года, а в следующем году началась финская война. В боевых сражениях с финнами Степан Лукьянов не участвовал, нёс службу в учебном подразделении связистов. После финской кампании вернулся домой в мирную жизнь, но оказалось, что ненадолго. 23 июня 1941 года получил повестку из военкома о призыве на фронт. - Всю войну прослужил связистом, - рассказывает ветеран. - Мы шли во втором эшелоне фронта, чтобы быстро восстановить связь в очередном освобождённом от фашистов населённом пункте. И задачу командования выполняли безукоризненно. Все четыре года Великой Отечественной прошагал связист Лукьянов от Москвы до Кёнигсберга. К счастью, вражеские пули и осколки снарядов обошли его стороной. За боевой путь С.П. Лукьянов награждён орденом Отечественной войны, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За взятие Кёнигсберга», имеет благодарность товарища Сталина от 28 июня 1944 года. Бережно хранит ветеран и многие юбилейные медали, в том числе памятную медаль и часы от мэра Москвы Юрия Лужкова, подаренные ему в честь юбилея столицы. После долгожданной Победы в 1945 году Степан Павлович возвратился домой к мирной жизни. Его жена Мария Ивановна была знатной звеньевой в колхозе. В беседе со мной Степан Павлович сказал, что он счастлив, и главное счастье для него - это дети, внуки, правнуки. Пройденный боевой путь ветерана - это не только его биография, это ещё и история России, история родного края, где прожил всю свою жизнь. Для него Сосно-вица - лучшее место на земле, тут его любят все, от мала до велика. И когда мы уже уходили, то он улыбнулся и спел нам озорную частушку. - Ну, коли, Степан Павлович, поёшь, - сказали мы ему на прощание, - то жить ещё как минимум полвека.
Комментарии (0)