Война застала Сергея Чежи-на одиннадцатилетним подростком. Учился он в 7 классе. Тем не менее летом 1942 года, как и другие школьники, был мобилизован на работу в Жаровскую МТС. Там парень работал молотобойцем наравне со взрослым кузнецом. «В этом же году, - вспоминает Сергей Афанасьевич, - по линии райвоенкомата нас, допризывников, отправили на заготовку и вывозку древесины. В летние месяцы вся тяжелая работа в колхозе ложилась на плечи подростков. Поэтому на учебу времени почти не оставалось. Трижды - в 42-м, 43-м и в первой половине 44 года, - проводились военные сборы, куда забирали и меня. 1 сентября 44 года я пошел учиться в 9 класс, но тот учебный год для меня продлился только 10 дней. 11 сентября прямо со школьной скамьи по комсомольскому набору меня призвали на фронт. С транспортом были проблемы. Поэтому из нашей деревни через Нюксеницу до Тотьмы мы, 11 призывников, шли пешком. Затем на баржонке добирались на пересыльный пункт в Вологду. Потом в Архангельск». Там из новобранцев из нескольких областей и моряков, лечившихся в госпиталях, сформировали подразделение. Экипаж посадили на судно «Воронеж» и в составе каравана английских и американских судов, груженных лесом, отправили в Белое море. Но не успел караван выйти из «горла» моря, как зазвучала боевая тревога. На перехват армады судов шли немецкие подводные лодки. Поэтому караван вынужден был зайти в бухту и пять суток ждать сопровождающей охраны. Наконец охрана пришла, и Баренцевым морем суда отправились в Мурманск. Прибыли в поселок Роста. Здесь комплектовали части для десятого сталинского удара по освобождению Петсамской области. «Я дважды участвовал в высадке десантов в бухты Баренцева моря, - рассказывает ветеран. - Во время второго десанта, в октябре 44 года, получил осколочное ранение обеих ног и контузию. Попал в лазарет. После лечения снова вернулся в свою часть. Страха, боязни смерти не было. Наверное, сказывалось военно-патриотическое воспитание в школе и дома. У всех нас было такое чувство, что мы защищаем Родину. И если погибнем, то за правое дело. На миру ведь и смерть красна. Война без потерь не бывает...» 9 мая, в День Победы, Сергей Чежин был на боевой вахте. А после дежурства на судне прошел импровизированный митинг. Все радовались, обнимались. Перед ужином из железной бочки старшина налил всем по 100 граммов наркомовской водки. Помянули погибших и поздравили с Победой тех, кто остался жив. От нахлынувших эмоций не спали всю ночь. Среди «старичков» были и совсем молоденькие ребята, такие как Сергей. Война была окончена, но его служба еще продолжалась до ноября 1951 года... После демобилизации приехал в Вологду и уже здесь встретил самую лучшую девушку на свете - Надю Карташову, свою будущую жену. «Надя служила, - вспоминает Сергей Афанасьевич, - в частях КГБ, в подразделении «СМЕРШ» 63-й и 69-й армий Северо-Западного, Центрального, 1-го Белорусского фронтов. Участвовала в битве на Курской дуге. Освобождала Украину, Белоруссию, Польшу, Германию от немецких войск и даже оставила свой автограф на колонне рейхстага: «Надежда Карташова из Вологды. 10 мая 1945 года». В семейном архиве Чежиных до сих пор бережно хранится фотография, на которой смешливая хорошенькая девчонка вместе с боевыми подругами стоит у Бранденбургских ворот... Смотришь и с трудом веришь, что на ее долю выпало столько событий! Девушка принимала участие даже в охране дворца в Потсдаме, где проходила Конференция глав правительств Советского Союза, США и Великобритании по послевоенному урегулированию германского вопроса. После войны Надежда Михайловна еще семь лет служила в Германии, и только в 1952 году ей разрешили вернуться на родину. Много лет живут супруги Че-жины в мире и согласии. И всем того же желают.
Комментарии (0)