Моржевание по плану и без
452
В то время, когда я определял в гараже место хранения снастей до следующей зимы, немало моих товарищей по увлечению пытали судьбу и рыбу на предмет удачи, а службы оперативного реагирования - на быстроту участия в чужой беде.
Причём, если на Ку-бенском и Белом передвигались в основном пешочком, волоча за собой саночки со снастями на длинной верёвке, авось на этой верёвке и из проруби достанут, ну да как говорится «Охота - пуще неволи», то на Воже большие поймы преодолевали на импортных скоростных снегоходах, которые в рекламных роликах неплохо передвигаются и по открытой воде. Подоплёка этого влечения - слепая вера в фантастический клёв по самому последнему льду, которая, как правило, не оправдывается. Когда приезжаешь домой с последней весенней рыбалки с весьма скромным уловом, всегда находятся весомые оправдания этого ежегодного фиаско, то свежая вода только что под лёд попала и рыба одурела от большой порции кислорода, то атмосферное давление скакнуло, как у хронического гипертоника, а рыба - тоже организм, который это чувствует и отказывается кормиться. Бывают правда и исключения. Так, два моих хороших приятеля в один и тот же день наступили на хвост удаче, причём один - на Белом озере, когда обнаружил на одной из жерлиц, оставленных на ночь, серьёзную рыбину, которой лишь спустя пару часов смог взглянуть в её судачьи стылые глаза. А всё это время он подручными средствами в виде перочинного ножичка и пассатижей пытался увеличить диаметр просверленной лунки, чтобы втащить в неё рыбину, и она того стоила - судачи-на весом в пять шестьсот стал его трофеем. Другой - с окуневым балансиром, привязанным на леску не толще 0,25 мм, усиленно искал окуня на озере Воже. Окунь именно в этот день решил попоститься и балансир в упор не видел. Вдруг в одной из новых лунок, счёт которым пошёл уже на третий десяток, удочку попытались вырвать из рук, но не тут-то было, руки эти при удочках уже лет пятьдесят и к повадкам рыбы привычны, поэтому начался долгий, но желанный процесс втаскивания головы рыбины в лунку. Свершилось это минут через двадцать после поклёвки, а дальше ни в какую, рыба, словно поршень в машине, плотно закрыла весь диаметр отверстия в толще льда, и если бы на крики о помощи не поспешили рыбаки, промышлявшие метрах в ста от счастливой лунки и принёсшие крюк, этот судак весом почти в пять килограммов не приобрёл бы в тот день гордое для рыбака звание -«трофей». Другие в то же время проваливались в поймы и промокали до нитки, чудом объезжали неожиданные промоины, а некоторым довелось провалиться по уши и утопить снасти. Если перспектива поимки крупного судака или щуки подогревает вечный рыбацкий азарт, то купание, и почти гарантированное, в эту пору на Кубенском озере, ради поклёвок двух-трёх десятков плотвы вызывает недоумение как у тех, кто не искупался, так и у сотрудников МЧС, которые по долгу службы должны помочь попавшим в беду. В Песках утренний ветер сменил направление, лёд отогнало от берега метров на сто, а там глубины уже такие, что и на цыпочках дна не достать. Для многих счастливым избавлением от ледового плена стал местный житель, который за полтинничек с носа доставил к желанному берегу не один десяток незадачливых рыболовов. Так для его самодельной лодки раз, а то и три в год наступает звёздный час.
Комментарии (0)