...Много лет назад Александра Павловна Карпова случайно узнала, что одна из её выпускниц, Люся Коко-вина, ставшая череповчанкой, лежит в областной больнице. Бывшая классная руководительница поспешила навестить ученицу. Так начались их дружеские, нет, практически родственные после смерти родителей Людмилы отношения. - В школе я не выделяла её, - говорит старая учительница, - а тут подействовало слово «мама»... Да, так сложилась судьба Александры Павловны: у родителей была единственным ребёнком, а собственную семью не завела. Так что после ухода из жизни родителей осталась совсем одна. До поры до времени это отсутствие рядом родных людей компенсировалось работой, общением с учениками, настоящими и бывшими. А потом - встреча с Людмилой. Александра Павловна часто гостила у своей ученицы-«дочери», случалось, целое лето жила на её даче. И Людмила Васильевна наезжала к названной матери в Вологду. Вдруг - практически разрыв, судебные заседания. Причина до банальности проста - «квартирный вопрос»: судятся названные мать и дочь из-за однокомнатной квартиры на Зоси-мовской, 68. Эту свою единственную недвижимость Александра Павловна в апреле 2004 года подарила Л.В.Коковиной, а теперь вот решила пойти на попятную. - Она сразу, как только приехала из Череповца, потащила меня документы оформлять, - вспоминает Александра Павловна события пятилетней давности, - не знаю куда - тут где-то рядом, у гостиницы «Вологда». Посадила там меня в сторонке, сама пошла, видимо, какие-то «бумажки» делать. Подошла ко мне женщина - наверное, та, которая их оформляла: «Распишитесь!» Я, не успев ничего прочитать, конечно, расписалась. После этого пошли в ГУЮ. Там Людмила опять меня в сторонке посадила, сама пошла объясняться. И опять мне даже не дали прочитать, что за документы я подписываю. Я не задумалась, что случилось, и даже слово « дарение» не слышала... А горестный вопрос «Что же это я сделала-то?!» посетил Александру Павловну спустя годы. К этому времени, по её словам, поведение « дочери» сильно переменилось. Она стала реже бывать в Вологде, но всё настойчивее звала Александру Павловну в Череповец. - А я знаю: привезут меня на 12-й этаж, никто не знаком. Я, может быть, даже без куска хлеба останусь, - высказывает свои опасения старая женщина. В свои 86 она еще худо-бедно с хозяйством управляется. Но вот беда - зимой сильно ушиблась, упав на лестнице в подъезде. К врачу не обращалась - она вообще не любит по ним ходить, кое-как оклемалась. Решила помыться, а из ванны выбраться сутки не могла. Выкарабкалась -ноги не держат, сил хватило только доползти до входной двери: «Лежу и жду, может, кто-то да придет...» На счастье старой женщины, дверь открылась - пришли соседка и бывшая ученица. Потом появилась племянница - дочь двоюродной сестры, вызвала врача. Вероятно, ухудшение здоровья Александры Павловны и вызвало расспросы бывших учеников и родственников о дальнейшей судьбе квартиры А.П.Карповой. Тут-то старая учительница и поведала о том, что собственность её отойдет Людмиле. Вернее, о том, что уже отошла - в квитанциях об услугах ЖКХ давно значится фамилия Коковина. Кроме того, выяснилось, что договор найма жилого помещения, по которому Л.В.Коковина передала Александре Павловне в пользование для проживания принадлежащую ей на праве собственности квартиру, истекает 1 сентября 2009 года. Родные и друзья забеспокоились: а ну как старый человек вскорости останется без крыши над головой?.. Тогда и родился иск в суд о признании недействительным договора дарения. Главное основание - Александру Павловну при заключении дарственной ввели в заблуждение, а обещанного ухода и помощи от названной дочери она не видит, даже сейчас, когда здоровье резко ухудшилось. Решением городского суда от 12 февраля 2009 года иск А.П.Карповой к Л.В.Коковиной был не удовлетворён. По той простой причине, что истёк срок исковой давности для предъявления требования о признании договора дарения недействительным - согласно ст. 196 Гражданского кодекса РФ он устанавливается в три года, а минули все пять. Судебная коллегия по гражданским делам областного суда кассационную жалобу Александры Павловны также не удовлетворила. Теперь старая учительница, учтя печальные уроки прошлого, собирает материалы для нового рассмотрения дела. Всё это, конечно, не может не возмущать названную дочь (получается, уже бывшую?). «В 1993 г. Карпова А.П. по своей инициативе составила завещание, в котором всё своё имущество, в том числе и квартиру, завещала мне. В ту пору Карповой А.П. было 70 лет, она была в здравом уме и памяти. Я лично не просила её завещать мне имущество. В 2004 г. Карпова А.П. по своей инициативе предложила мне подарить квартиру, я её к этому не понуждала, не просила и ни в чём не обманывала. Договор дарения заключили 22.04.2004 г. С тех пор наши отношения нисколько не изменились, я продолжала ездить к Карповой А.П., оказывала помощь, давала деньги на оплату квартиры, готовила еду, делала уборку в квартире. В Вологде у Карповой есть дальние родственники, но с ними Карпова А.П. не общалась, признавала только меня. Хорошие отношения с Карповой А.П. продолжались до января 2009 г. После этого я получила исковое заявление. ...Карпова А.П. подарила мне квартиру не потому, что я её обманула, а потому что между нами сложились близкие отношения и она сама по своей инициативе распорядилась своим имуществом». Это строки из возражения Людмилы Васильевны на исковое заявление своей учительницы. По мнению ответчицы, Александра Павловна при оформлении договора о дарении в управлении Федеральной регистрационной службы не могла не видеть, что за документ перед ней - форма этого договора весьма сильно отличается от договора ренты, и текст отпечатан крупно. (С этими доводами действительно никак не поспоришь). - Чего она ерундой-то страдает?! -воскликнула Людмила Васильевна, когда я в телефонном разговоре с ней помянула про опасение Александры Павловны оказаться вскорости на улице. - Я никогда не сделаю такого, клянусь чем угодно! Не знаю, чего она бесчестит меня - я могу написать бумагу, что никогда её не выживу! Мне не нужна квартира - есть своё жилье, и у детей есть! Правда, собеседница поведала и о том, сколько ей унижений за 35 лет пришлось перенести от названной матери, что её брак распался из-за Александры Павловны. А только произнеся слова: «Я буду ухаживать за ней - до самой смерти», - вдруг сорвалась: «Я на неё столько издержала денег! Пусть мне моральный ущерб за 30 лет заплатит!» Ситуация, конечно, - врагу не пожелаешь. Но, видит Бог, бывшая учительница говорила о Людмиле Васильевне более сдержанным тоном. Впрочем, эмоции и тон, что называется, к делу не пришьешь. Очень хотелось бы верить в честность Людмилы Васильевны, а в то, что она уже подыскала покупателя для небольшой квартирки на Зосимовской, 68, - нет. Но факт остается фактом: в договоре дарения ни словечка не содержится о том, что даритель имеет право дожить свои оставшиеся дни в квартире, которая когда-то была её собственной. А в договоре найма жилого помещения, заключё нного 1 августа 2008 года, черным по белому написано: «Настоящий договор заключён сроком на 1 г. 1 м-ц». И вряд ли этот срок, как утверждает Л.В.Коковина, определило домоуправление. Словом, поводов для недоверия куда больше, чем для веры. А Александре Павловне, инвалиду первой группы, в ноябре - 87...
Комментарии (0)