Однажды во время командировки в город на Неве меня невольно потянуло в эти места отнюдь не праздное любопытство. Здесь, в боях под Синявином, погиб смертью храбрых мой дядя, Сергей Васильевич Жигачев. Хотелось найти его могилу, поклониться его праху. Еще перед поездкой, полистав справочники, я узнал, что эти высоты имели стратегическое значение в блокаде Ленинграда. Для обороны небольшого Синявинского выступа на линии фронта фашистское командование сконцентрировало пять полностью укомплектованных дивизий, почти семьсот орудий и минометов, до пятидесяти танков, включая сверхсекретное оружие третьего рейха - только что созданные тяжелые танки «тигр». Плотность войск и огня здесь значительно превышала принятые в германской армии нормы для обороны. Однако, несмотря на упорное сопротивление, фашистская оборона была сломлена. Даже сверхсекретные «тигры» были успешно подбиты, но и наши потери были огромны. ...В один из теплых сентябрьских дней электричка доставила меня на станцию Мга. Тут пришлось убедиться, как уважительно местное население относится к тем, кто приезжает посетить могилы павших солдат. Выяснилось, что добираться до мемориального комплекса предстояло на автобусе, на который не оказалось билетов. Но дежурная по автовокзалу, узнав о цели моего приезда, каким-то образом нашла выход, даже сама усадила меня на первое сидение. Да и водитель, остановив автобус у отворотки на Синя-вино, долго и почтительно объяснял мне, как добираться дальше. Словом, во всем чувствовалось неравнодушие здешних людей к тем давним событиям и к павшим здесь героям. Через семь километров пути показался памятник в виде дерева, сваренного из осколков металла. На табличке - надпись: «Здесь, на этих высотах, находилось село Си-нявино (203 двора), уничтоженное фашистами». Подумалось: хоть и нет теперь самого села, но оно навсегда останется в истории прорыва ленинградской блокады, в названиях Синявинских высот, Синявинской операции... ...Место, где захоронены воины, погибшие при взятии Синявинских высот, расположилось в молодом лесу. По обе стороны аллеи лежало множество каменных плит, на которых высечены тысячи имен. Этот печальный перечень просто потрясает. А ведь здесь только малая часть погибших. Повсюду на бывших рубежах обороны Ленинграда могилы, могилы и могилы... Но вернемся к Синявин-скому мемориалу. Часа три я ходил между каменными плитами в надежде найти фамилию дяди, но в этих печальных списках она не значилась. Вспомнилось, что в похоронке упоминалось: дядя умер в полевом госпитале от тяжелого ранения в голову. Возможно, он похоронен в другой братской могиле. Правда, до меня ее поисками занимался родной брат дяди, подполковник Владимир Васильевич Жига-чев. И тоже, к сожалению, безрезультатно. Невольно подумалось: «Неужели это забвение?» Представил очередную встречу с матерью Анной Васильевной Колтаковой, проживающей сейчас в Ни-кольске. Она непременно спросит: «Ну что, сынок, не отыскал ли могилку дяди?» Что мне ответить ей в утешение? Я спустился в овраг, на дне которого журчал ручей, и увидел каменную плиту с высеченными словами: Героям павшим Нет забвенья! Их подвиг вечен и велик. Журчит родник Благодаренья, Священной памяти родник. Кстати, Синявинский мемориал - лишь частица гигантского пояса Славы, протянувшегося вдоль бывших рубежей обороны Ленинграда. Он включает около шестидесяти памятников и мемориальных ансамблей. И на каждом - тысячи имен. Почему бы не предположить, что на одном из комплексов все-таки есть имя моего дяди - красноармейца Сергея Жигачева? Он родился в 1920 году в деревне Тарасов-ская Кадуйского района, а в армию призывался из Мурманска. Думаю, пока стоят эти мемориалы, пока жива наша память о покоящихся здесь солдатах, забвению неподвластны даже те, чьих имен не оказалось на могильных плитах. Возможно, кто-нибудь из оставшихся в живых защитников Синявинских высот помнит о судьбе Сергея Васильевича? Наша семья была бы благодарна тем, кто сообщит любые сведения о нем.
Комментарии (0)