«Своего ли сына растишь, Мишка?»
936
Они считали себя самыми счастливыми. Ольга работала дояркой в колхозе, Михаил - трактористом. В течение семи лет брака супруги не бросили в адрес друг друга ни одного плохого слова.
Они считали себя самыми счастливыми. Ольга работала дояркой в колхозе, Михаил - трактористом. В течение семи лет брака супруги не бросили в адрес друг друга ни одного плохого слова.Однажды, когда бригада работала в поле, Васька-балагур, которому вечно надо было кого-то подколоть, съязвил: «Скажи-ка, Мишка, от кого твоя такого чернявого сына родила, а ты воспитываешь? Весь поселок об этом говорит. И в школе ребятишки его цыганенком называют и никак иначе. Дурак ты, Мишка. Посмотри на свою светлую голову и его, кучерявую да черную».
Мишка, услышав такое оскорбление, встал, бросил ложку с котелком, дал Ваське оплеуху, сел в трактор и уехал домой.
По дороге заскочил к бабке Наде, взял в долг бутылку самогона и, выпив ее, лег спать.
Ольга, вернувшись с дойки, увидела на столе пустую бутылку и очень удивилась. Муж никогда не употреблял это «зелье», а тут - пьяный. Чуть улыбнувшись, подумала: может, какой хороший знакомый приезжал. Но в голову все же закралась дурная мыслишка: на столе стоял только один стакан и не было никакой закуски.
Утром она ушла на ферму, а Михаил проспался и вместо того, чтобы ехать на работу, снова заглянул к бабке Наде. Ольга застала мужа дома, но она прежде накормила скот, затем подсела к нему и спросила, какое он горе запивает.
Михаил молчал и только через некоторое время грубо, чего за ним никогда не наблюдалось, спросил о сыне, укоряя ее за то, что она семь лет скрывала от него правду.
Ольга от таких слов была в шоке. Михаил же схватил бутылку с оставшимся самогоном, ударил ею жену по голове и пулей выскочил из дома.
Когда вернулся назад, Ольги дома не было. Не появилась она и на второй день - ушла в другую деревню к матери.
Мать выслушала Ольгу, тяжко вздохнула и рассказала ей такую историю: «Я знала, что это когда-нибудь должно было произойти, но ты, дочка, ни в чем не виновата.
Давно это было. Вышла я замуж не какой-нибудь молодой девчонкой, а уже в 27 лет. С Кузьмой мы жили три года, он, можно сказать, на руках меня носил. Люди завидовали. Но счастье наше оказалось коротким - ушел Кузьма зимой на рыбалку и провалился под лед. Мужики видели, но ничего поделать не смогли. Так и утонул мой муженек, и даже похоронить по-человечески я его не смогла, и детьми мы не успели обзавестись.
Много вдовцов и молодых людей сваталось ко мне, но как вспомню своего Кузьму, так и даю всем отказ.
И вот однажды, спустя лет семь, за деревней встали две цыганские повозки, и пока я путала свою лошадь, не заметила, что за моей спиной встал цыган с лошадьми - тоже привел их на пастбище. Красивый такой! Ну, и не устояла я перед ним. Мне было всего-то 37 годиков, самый сок, да и по жилам-то нашим кровь течет, а не водица.
Один-единственный разочек и был у меня с ним грех. А через девять месяцев ты родилась. Все гадали, от кого я могла зачать, если и близко к себе никого не подпускала. И ни одного денечка с тех пор не проходило, чтобы я не думала, что ребенок будет жгуче-черным и тогда все догадаются, что да как. Позор же! Но Бог смилостивился, и ты вышла вся в меня - совсем беленькая. Так твое рождение и осталось для людей загадкой.
Слышала я, что в организме человека есть какие-то гены, которые могут влиять на внешность и через поколения. Все хотелось у знающих людей спросить, что это такое, да боялась, что вызову этим к себе подозрение. А после рождения твоего Ванюшки я и сама поняла, что это за гены.
Можешь спросить, виделись ли мы с твоим отцом еще когда-либо. Да, виделись.
Прибегаешь ты домой однажды и с порога кричишь: «Мама, цыгане приехали! Ребята боялись к ним подходить, а я подошла совсем близко. Дядька черный спросил, как меня звать и моего папку. Я сказала, что у меня папки нет, тогда он взял в повозке куклу одной девочки и подарил мне. Я к ним и завтра еще пойду».
Кукла эта и сейчас жива, дочка, я храню ее как память о твоем отце. Когда ты ее принесла, я специально дважды проходила мимо цыганской повозки, но поговорить с твоим отцом так и не решилась, хотя и видела его.
Вот такая, дочка, история. Жить мне осталось недолго, и ты знай мою тайну, и другие пусть знают. А сейчас давай попьем чайку на дорожку, и возвращайся ты, милая, домой. Расскажи все своему Мише, и все у вас будет как прежде».Анатолий БОДРОВ, деревня Анишино, Чагодощенский район
Рубрику ведет Светлана ШУБИНА. Тел. 72-03-57, e-mail: shubina@krassever.ru
Комментарии (0)