Уходят близкие Жизнь Тамары Геннадьевны Кокориной с самого детства не была усыпана розами. Родившись в 1945 году, она познала все трудности детей послевоенного времени. В семье, кроме неё, было пятеро детей, отец вернулся с войны инвалидом: без ноги, с увечьями. Папа умер, когда Тамаре было всего восемь лет. Старшие дети уже выросли и жили отдельно, она осталась вдвоём с мамой, которая родила её в 46, жили на небольшую материну пенсию. В юности Тамара Геннадьевна перенесла страшное заболевание - лимфогранулёз (рак крови и лимфатических узлов), и уже тогда врачи предлагали ей первую группу инвалидности, но женщина отказалась. В дальнейшем вышла замуж за офицера-подводника, жила на Севере, родила сына. И всю жизнь мучилась от сильных головных болей, которые, как оказалось, были следствием опухоли головного мозга, которую удалили лишь несколько лет назад. Мама Т.Г. Кокориной Елена Николаевна Данилова скончалась в 1969 году и была захоронена на Пошехонском кладбище Вологды. Тамара Геннадьевна с мужем приезжали из Северодвинска на похороны. Позже совместно с проживавшей в Вологде старшей сестрой Граниславой установили на могилу матери металлический памятник. Периодически Кокорины навещали Вологду и обязательно приходили на кладбище почтить память умершей родительницы, возложить на могилу цвету. Не мёртвые подвинулись... Так продолжалось до января 1986 года, когда они получили с родины извещение о смерти мужа Грани-славы Геннадьевны Анатолия Калачёва. Отправившись на похороны родственника, по приезду и узнали, что покоиться усопший будет рядом с тёщей, в её же могиле - именно туда, к своей матери, Гранислава Геннадьевна решила подзахоро-нить покойного супруга: дескать, был он для матери любимый зять, поэтому и лежать им вместе. Могила уже была выкопана, памятник Е.Н. Даниловой убран, так как мешал её рыть. В период тех скорбных событий о дальнейших перспективах обустройства захоронения сёстры говорить не стали - понятно, не до этого было. Как говорится, всем земли хватит. Кстати, о земле... По словам Тамары Геннадьевны, в 1969 году для захоронения мамы был выделен земельный участок 0,8 на два метра. Ясно, что туда уместится, да и то с трудом, лишь один гроб, а наверху как раз и места только под скромных размеров памятник да неширокую оградку. Тем не менее, Калачёвым будто бы разрешили сделать подзахоронение. Но не покойники подвинулись, а люди расширили территорию как внутри, так и снаружи (к слову говоря, сын Тамары Геннадьевны Коко-риной Михаил отчётливо помнит, что когда раскопали могилу для А.В. Кала-чёва, рядом виднелась стенка гроба его бабушки). В результате одноместная могила уже превратилась в двухместную... ...Гранислава Геннадьевна увековечила память умершего супруга установкой памятника и благоустроила близлежащую территорию. Для этого в заболоченную часть с одной стороны от могилы был завезён песок. Восстановили и могильный холмик Е.Н. Даниловой, на нём впоследствии была установлена металлическая тумба, и фактически два памятника: Калачёву и Даниловой - стали свидетельствовать теперь уже о семейном захоронении. По мнению Тамары Геннадьевны, металлический памятник её маме был сдвинут от первоначального места в сторону, и, получалось, оказался установлен на месте соседних могил. Именно эта ситуация разделила Калачёвых и Коко-риных на две противоборствующие стороны, а разногласия между сторонами с каждым годом увеличивались всё больше. Правда, общаться сёстры, разделённые друг с другом сотнями километров, могли не так часто - по телефону да при редких приездах Кокориных в Вологду, и от этого, как кажется, проблема только усугублялась. Да и договориться так, чтобы устраивало обеих, они за все эти годы так и не смогли. По словам Тамары Геннадьевны, старшая сестра ещё несколько раз отодвигала мамин памятник вправо, расширяя расстояние между ним и памятником своему мужу, при этом пространство до соседних могил заметно сужалось... В сентябре 2003 года скончалась Гранислава Геннадьевна. Её дочь Жанна Седова, занимавшаяся организацией похорон, выполняя последнюю волю матери, решила похоронить ту в общую могилу своих бабушки и отца. Об этом прибывшие на похороны Кокорины были поставлены перед фактом. Тамара Геннадьевна не соглашалась с тем, чтобы в очередной раз трогали могилу мамы, однако вопрос с местом захоронения уже был решён. Так на том месте Пошехонского кладбища появилось общее захоронение троих человек. Впоследствии Жанна Седова обустроила его, выложив надгробие плиткой и установив на нём два памятника: один -А.В. Калачёву, а другой -сразу двум усопшим: Е.Н. Даниловой и Г.Г. Калачё-вой. Точку поставит суд? ...Кокорины подали в суд, когда все попытки решить вопрос мирным путём, на их взгляд, были уже исчерпаны. В октябре 2009 года муж Тамары Геннадьевны приехал в Вологду, чтобы по просьбе супруги поставить памятник её матери, тогда-то Кокориным и стало известно, что отдельного захоронения Е.Н. Даниловой больше нет, а на могилах сделан единый «мемориал» (до этого с момента похорон Г.Г. Калачёвой в Вологде они не бывали из-за плохого самочувствия Тамары Геннадьевны: она перенесла сложную операцию, и за ней требовался уход). В этом Т.Г. Ко-корина и её родные усмотрели нарушение как этических, так и санитарных норм. Во-первых, Тамара Геннадьевна считает, что пока она в силах (а последствия перенесённого заболевания очень даже сказываются, сейчас она - инвалид I группы), то должна увековечить память матери установкой отдельного памятника. К слову, по словам сына Тамары Геннадьевны Михаила Ж.А. Седовой предлагался компромиссный вариант переделать надгробие и установить на должном месте отдельный памятник Е.Н. Даниловой, но якобы та ответила категорическим отказом и порекомендовала в случае несогласия обращаться в суд. Отказали Ко-кориным в такой же просьбе и в МУП «Ритуал-спецслужба», сославшись на то, что нынешний мемориал принадлежит Ж.А. Седовой, и без её согласия разрушать его они не имеют права. Во-вторых, как полагает Т.Г. Кокорина, были нарушены санитарные правила устройства и содержания кладбищ, по которым кладбищенский период составляет 20 лет, в то время как при захоронении А.В. Ка-лачёва в 1986 году в одну могилу с Е.Н. Даниловой с момента похорон последней прошло только 17 лет. Кроме того, от первоначальных 0,8 метра надгробное сооружение разрослось в ширину до 2,7 метра, а, следовательно, не могло «не задеть» и соседние захоронения, так что не известно, над чьими останками оно в действительности находится (а это для Тамары Геннадьевны очень принципиальный момент). «Очевидно, что данное захоронение оказалось возможным в связи со злоупотреблениями или при попустительстве своим служебным положением администрации Пошехонского кладбища», - написала в своём исковом заявлении Т.Г. Кокорина. Она просит суд «обязать ответчиков Ж.А. Седову и МУП «Ритуал-спецслужба» устранить препятствия по установке могильного памятника Е.Н. Даниловой», а именно - установить точное место её захоронения и обязать племянницу Седову и предприятие «Ритуал» освободить могилу Даниловой от посторонних, как она пишет, захоронений А.В. Калачёва и Г.Г. Калачёвой, демонтировать надгробные памятники, чтобы на том месте осталась бы покоиться одна Елена Николаевна Данилова и чтобы можно было поставить ей отдельный памятник. «Это мой последний долг перед любимой матерью и моё законное право», - заключает Тамара Геннадьевна... Живые не слышат друг друга Мировой судья, а потом Вологодский городской суд отказали Тамаре Геннадьевне в удовлетворении иска. На судебные решения повлияли выводы служебной проверки в МУП «Ритуал-спецслужба» по сложившейся ситуации, не обнаружившей каких-либо нарушений законности и санитарных норм. На суде представитель «Ритуала» согласился с тем, что могила Е.Н. Даниловой являлась одиночным захоронением, и пояснил, что А.В. Калачёв не был подхо-ронен к ней, а погребён в новое захоронение, по соседству. И самозахвата участка, по словам представителя МУП, не было, так что соседние могилы оказались не тронуты. Кроме того, Г.Г. Калачёва имела право быть подхороненой к своей матери Даниловой, так что и в данном случае нет никаких нарушений... ...Но дело, как кажется, вовсе не том, какое решение принял суд, и не в том, что одна сторона горит желанием «выполнить долг перед мамой - защитить её честь, достоинство и законное право после смерти обрести покой и иметь отдельную могилу», а другая сторона, как кажется - не из-за личных амбиций, а по вполне понятным причинам, не желает разрушать то, что есть, и ворошить прах умерших. Конечно, не может не заслуживать уважения стремление Тамары Геннадьевны сохранить и увековечить память мамы, умершей более 40 лет назад (каждый бы из нас нёс память о своих родителях вот так - через всю свою жизнь). Но надо признать и право Ж.А. Седовой на это захоронение, в котором покоятся её бабушка и оба родителя. Стоит заметить, Жанна Анатольевна сделала всё, от неё зависящее, чтобы, образно говоря, «мёртвые видели, что живые о них помнят и заботятся»: захоронение обустроено и приведено в порядок, а это самым положительным образом характеризует её в человеческом плане. Конечно, все мы - разные, и даже между когда-то дружными и понимающими родственниками по разным причинам могут возникнуть взаимные разногласия и обиды. Но мы -люди, а значит, должны уметь слышать друг друга и уметь договариваться между собой. Особенно когда это касается такой деликатной темы, как память наших родных и близких людей. А иначе спор на костях обречён на то, чтобы не закончиться никогда...
Комментарии (0)