И вот прошло много лет, и я опять в Калинине. Та колхозная контора, которую когда-то красил, до сих пор одиноко стоит у большого каменного здания, школьную мастерскую не видно из-за разросшихся деревьев. Да и сама территория, которая раньше называлась Погостом, превратилась в большой административный сельский центр и стала называться Царева по названию протекающей здесь реки. Первым делом, конечно, двинулся я к Александру Васильевичу. Тот, несмотря на преклонный возраст, все так же бодр и, как выразился сам, молод душой. - Стареть, Сережа, некогда, дел и сейчас невпроворот. Если будет тепло, то и дом свой осенью покрашу. Хочешь, давай в помощники... Нашему дому лет, поди, за двести, а сама деревня называлась раньше Ермошкиной Слободой. - А почему Ермошкиной? -спрашиваю. - Когда-то ее строили два мужика, сын и отец. Одного звали Ермошкой, это отца, а другого Тимошкой. Вот отсюда и название. А еще, если конечно старикам верить да писателю Анатолию Ехалову, именно в нашей деревне родился сам Ермак Тимофеевич! Да, в те давние времена с приходом в колхоз имени Ленина Александра Козлова жизнь людей пошла в гору: он начал строить жилье для своих работников, детский сад на девяносто мест. Ему говорили, что это невыгодно в то-темской глуши, где и дорог-то не было. Но председатель не унывал - и не ошибся. Приходили из армии ребята, играли свадьбы, дед-сад заполнился полностью, районное начальство начало возить в колхоз делегацию за делегацией. Вот, мол, полюбуйтесь, уважаемые товарищи, - наши передовики. Да и у самого председателя семья была большая: пятеро детей. Всем дал Александр Васильевич образование. Сейчас уже нет колхоза имени Ленина, но остались и живут люди, которые помнят председателя Козлова. Староста Соболев Олег Васильевич Соболев сидел за столом с супругой Александрой Феодосьевной и пил чай. Из большой комнаты было слышно, как тикают часы, хозяйский кот горделиво выхаживал по половицам. Вот уже более полувека супруги живут в мире и согласии. Александра Феодось-евна всю жизнь отработала на ферме, была дояркой и телятницей. - Сейчас-то кажется, что я бы не смогла так работать: дом полон ребятишек, мама с нами еще жила. Но ведь как-то управлялась. Ребята с самого детства помощниками были. И на все хватало времени. У молодых время идет медленно, это у нас, стариков, дни пролетают нынче незаметно. Но уж Олегу-то Васильевичу время, кажется, совсем неподвластно: несколько лет он у меня - деревенский староста. Когда настала пора выбрать старосту, то деревенский люд предложил кандидатуру Соболева. Дело все в том, что Олег Васильевич много лет отработал в колхозной конторе счетоводом, считай - главным бухгалтером. Это сейчас везде компьютеры, Интернет, факсы. А тогда у колхозного счетовода была только огромная тетрадь, счеты, чернильница да пара химических карандашей... - Я как-то на сенокосе был, и приезжает ко мне председатель, говорит, мол, слушай, Олег Васильевич, ты парень грамотный, так поезжай на курсы в Тотьму, учись, и чтобы к осени приехал к нам специалистом высшего сорту. Я этот жизненный момент до сих пор помню: приехать «специалистом высшего сорту», - смеется Соболев. Каждое утро староста Соболев обходит свою деревню, смотрит, все ли в порядке, работает ли уличное освещение, не хулиганят ли где приезжие ребятишки, убран ли мусор около двора, кому и когда привезти газ. - Это я раньше думал, что дел будет мало. А как окунулся в эту работу, то понял, что дел - вагон и маленькая тележка. Было раннее утро, когда Олег Васильевич проводил меня до околицы. Я смотрел на его большой красивый дом, утопающий в цветах, и думал, что калининцы никогда не пропадут, даже в самое тяжелое время.
Комментарии (0)