СЕСТРА СЕРБИЯ И БРАТЬЯ-СЕРБЫ
439
Продолжение. Начало в номере от 24 июля.
А дела у сербского брата не сказать, чтобы хорошо обстояли. Начнём с государственной символики, столь схожей с российской. Герб у Сербии королевский - увенчанный короной белый двуглавый орел и сербский крест на щите. Крест окружают четыре буквы «С», с которых начинаются слова древнего девиза Сербии - «Само слога србина спасава!» («Только единство спасет сербов!»). Так вот, наблюдая за жизнью современной Сербии, можно с уверенностью сказать, что подлинного единства в стране нет, и древний девиз, скорее, служит не счастливым утверждением, а пока - основной целью, стремлением, задачей для людей, живущих здесь. По моему глубокому убеждению, народ этой исстрадавшейся страны расколот. Подтверждением тому могут служить недавние выборы в стране: и «патриоты», и партии, ориентированные на сближение с Европейским Союзом и НАТО, получили практически равное количество голосов избирателей. Можно удивлённо спросить: «Как могут сербы голосовать за те силы, которые, в общем-то, и привели Сербию к её теперешнему - незавидному -положению? Сближение с НАТО - и это после бомбардировок, после Косово?!» Впрочем, «демократы» выдвинули было такой лозунг: «И ЕС, и Косово!» Оригинальная, в общем-то, декларация, и переводится она примерно так: «ЕС, а, если можно, то и Косово. Пожалуйста, а?» О Косово речь ещё впереди, но, положа руку на сердце, - неужели «демократы» и в самом деле верят, будто Сербия, став «европейской», получит свои земли обратно? Эта фальшь настолько чувствуется в обществе, что его отношение к «прозападному» президенту Тадичу можно сравнить с отношением к президентству бедняги Ельцина в нашей стране в последние годы его правления: в лучшем случае - цинично-саркастическое. Но, тем не менее, Тадич - президент. Почему? «Есть такое нехорошее заболевание - шизофрения, -попытался мне объяснить Станко. - Наше общество им сейчас и страдает - раздвоение сознания. Или, если хочешь - раздвоение сознательности. Мечемся, короче, из стороны в сторону, не зная, с кем дружить... Россию любим, но и в ЕС тоже тянет». -«Меняете честь на хлеб, что ли?» - спрашиваю. «О! Точно - честь на хлеб! Понимаешь, раньше Югославия была единственной страной социалистического лагеря, гражданам которой никаких трудностей не составляло съездить за рубеж. Сейчас же, чтобы поехать куда-либо, требуются визы, получить которые практически невозможно - это нововведение «друзей» из Европы. Обещают, конечно, отменить визы, но за определённые уступки - сам понимаешь, какие. Послушное правительство, послушная страна, послушный бизнес - вот что «друзьям» надо. Почти уверен, они своего добьются - уж больно трудно сербам из-под тёплого душа старого доброго времени становиться под холодный душ времени нынешнего. Честь за хлеб...». -«А что же Россия?» - интересуюсь. «О, если бы ваших тут было побольше! Если бы русский деловой мир был представлен в Сербии на должном уровне - не только на уровне олигархов! Да сербы с большой охотой стали бы работать с вами. Слова о дружбе, конечно, необходимы, но дружбу надо постоянно подкреплять конкретными делами. Мы их очень ждём от России. Ты из Вологодской области? Большая? Молоко, масло, лес, подшипники, сталь, удобрения..? Ну вот, а я, например, о ней почти ничего и не знаю». Маленький, но красноречивый, на мой взгляд, пример «шизофрении». Генеральный штаб, разрушенный во время бомбардировок НАТО 1999-го года, всё ещё стоит в центре Белграда. Впечатление - не из самых приятных: представьте себе, например, разрушенное здание нашего Министерства обороны в Москве - не только сам вид развалин наводит грусть, но ещё и унижает ваши патриотические чувства, не так ли? Неподалёку от здания сербского Генштаба находится небольшой памятник детям, погибшим во время этих самых бомбардировок, на нём написано: «Били смо само деца» («Мы были только детьми»). Такое напоминание о настоящем геноциде. На пару метров подальше находится то, что унижает ваши патриотические чувства ещё больше: переполненная посетителями американская общепитовская точка, которую и называть-то не хочется. Причём ладно бы посетителями были американцы или европейцы, нет - сербы там подъедаются. На многих футболки с надписью: «Косово jе Србиjа!», ребята выражают свои патриотические чувства. Где логика? Ведь вокруг много сербских кафе и ресторанчиков, ан нет - идут сюда. Даже на бытовом уровне, как видно, раздвоенность присутствует - что уж говорить про политику или бизнес. Впрочем, не нам осуждать сербов. Вспомним оголтелые радения перед точно таким же заведением на площади Пушкина в Москве в начале 90-х, вспомним, с каким остервенением унижалось (и продолжает унижаться) всё русское в России, вспомним, в конце концов, грязные технологии («да, да, нет, да!»), благодаря которым страна превратилась в посмешище... А отторжение от России «независимых» республик, которые сейчас предпочитают говорить с нами на независимой английской мове? Будучи в Сербии, наблюдая практически такие же процессы, которые были в ходу в России в 90-х годах, начинаешь лучше понимать, что было приготовлено нашей стране в качестве «вознаграждения» за вступление в «семью цивилизованных народов»: развал, хаос, обнищание, презрение. И, думается, дальнейшие попытки «демократизации» России вряд ли несут в себе что-либо иное - пример Сербии красноречив и убедителен. Белградские белки Впрочем, Белград состоит не только из американских подъе-даловок и развалин Генштаба. Город на Дунае очень красивый: парков и скверов в нём много и белки в них бегают. Белград - спокойный, вежливый и предупредительный город, где любой турист найдёт что-нибудь доброе и интересное. Это один из древнейших городов Европы. В третьем веке до н.э. на его месте обитали кельты, затем он был захвачен римлянами и превратился в крепость Сингидунум. Славянское название города Белград («Београд» по-сербски) впервые зафиксировано в 878 году н.э. В 1403 году он становится главным городом Сербии и с тех пор прочно удерживает за собой столичный статус, несмотря на многочисленные исторические перипетии, которые переживала страна. Средневековая крепость Калимег-дан на слиянии рек Савы и Дуная, многочисленные узенькие улочки, туристические кварталы, кафе (с отнюдь не московскими, а разумными ценами!), доброжелательность прохожих буквально заставят вас влюбиться в этот прекрасный город. Белград, как, наверное, и вся Сербия, являет собой пример достойного перенесения последствий поражения в войне: пусть нас победили, но унывать мы не будем, а будем жить достойно, по-сербски, не унижаясь ни перед кем. Это национальное достоинство чувствуется буквально на каждом шагу: будь то повсеместно вывешенные государственные флаги, так схожие с российским, будь то концерты народной музыки в Калимегдане и прилегающих парках, будь то народные танцы, в которых предлагают принять участие решительно всем. Тем более -русским... Одного танца в моём исполнении, правда, хватило, чтобы больше не звали, но всё равно хлопали. Среди множества храмов Белграда есть один, который является хорошим свидетельством русско-сербского братства: рядом с собором св. Марка находится небольшая русская Троицкая церковь, построенная в 30-е годы прошлого века. Построена при участии беженцев из охваченной революцией и гражданской войной России и сербской общественности с разрешения короля Александра - в знак признательности нашей стране за поддержку Сербии в первой мировой войне. Именно в этом храме похоронен по своему завещанию генерал Пётр Николаевич Врангель, виднейший деятель Белого движения. После гражданской войны Сербия приютила огромное количество русских беженцев, предоставив нашим соотечественникам возможность здесь жить, трудиться и оставаться русскими. Солдаты и офицеры Белой Армии несли пограничную службу в сербских войсках, работали на гражданской службе. «Русские беженцы (заметьте - наши соотечественники никогда не называли себя «эмигрантами»!) нашли в Сербии сострадание, помощь и поддержку», - сказал мне Павел Голицын, потомок известного русского дворянского рода. Павел поведал мне историю своей семьи: его дед и прадед (отец и сын) встретились в Белграде... случайно. Прадед воевал в войсках Врангеля и вынужден был уехать во время отступления в Сербию. Его сын восьми лет был отправлен родственниками на корабле в Турцию для того, чтобы спастись от террора красных. После знаменитого «галлиполийского сидения» сын также оказывается в Сербии и совершенно случайно (хотя есть ли случайности на свете?) встречает на вокзале своего отца. Эта история и истории многих других русских беженцев бережно сохраняются их потомками. К счастью, сейчас они могут рассказывать свои истории соотечественникам из России, потому что, по словам Павла Голицына, «былое разделение в нашем народе начинает преодолеваться». К слову сказать, большую роль в этом преодолении сыграла и Сербия. Величественный храм святого Саввы в Белграде - один из крупнейших православных храмов в мире, гордость сербов. По своему значению он вполне сравним с нашим Храмом Христа Спасителя в Москве - как символ единения нации. Здесь, помимо богослужений, проходят главные мероприятия, целью которых является стремление к сербскому единству. Одно из таких мероприятий - Видов-данский марш, паломничество сербов к святыням Косово, к сердцу Сербии. Я решил «идти на Косово». Вологда - Белград - Вологда
Комментарии (0)