Правда, самая первая заметка о Шаламове появилась в 1988 году в вологодской молодежной газете, и принадлежала она перу недавно трагически ушедшего из жизни критика Вячеслава Белкова. Затем последовали мои публикации о Варламе Тихоновиче. И они появились неслучайно. О Шаламове я знал еще до своего приезда в Вологду, будучи московским студентом. Мой студенческий друг Александр Богословский, ставший вскоре диссидентом и сам отсидевший свой срок в уральских лагерях, лично знал Варлама Тихоновича. И даже предлагал мне познакомиться с Шаламовым. Но не довелось, не получилось знакомство. Тем не менее, я читал шаламовские «Колымские рассказы» еще в рукописи, в «самиздате» (правда, фрагментами). И это было и литературное, и психологическое потрясение для меня. Потом я приехал на работу в Вологду и мог убедиться, что о Шаламове на его родине ничего не знают. Правда, была попытка самого Шаламова установить контакт с вологодской писательской организацией, но она закончилась неудачно. Причем Шаламов в письме к А.И.Солженицыну даже гневно воскликнул: «Только не в Вологде». Все же о Шаламове в вологодской писательской организации знали. А у В.И. Белова, как мне стало тогда известно, было парижское издание шаламовской «Четвертой Вологды» (на русском языке), и я попросил у Василия Ивановича почитать книгу. Тогда это был чуть ли не политический криминал. Белов дал мне «Четвертую Вологду». И после ее прочтения я написал свою первую заметку о Шаламове в «Красном Севере». Это было в 1988 году. Тогда я работал в «Красном Севере». Помнится, с каким волнением я писал эту заметку. Ведь в советское время Шаламов считался идеологическим противником строя, диссидентом. И появление первой заметки о писателе в областной партийной газете являлось незаурядным фактом. Перестройка помогла. Правда, тогда я знал о Шаламове совсем немного. И эта небольшая заметка явилась откровением для читателей. Они впервые узнавали, что есть выдающийся писатель Шаламов, книги которого изданы во многих странах мира, но совершенно неизвестный на своей родине - в Вологде. Помните, в редакцию даже пришло недоуменное письмо от одной из читательниц, любительниц литературы. Она писала, что не может поверить тому, что пишет Аринин. Она знает всех вологодских писателей, собирает все их книги и сведения о них, но никогда даже не слышала такой фамилии - Шаламов. Наверное, по ее мнению, Аринин все это просто выдумал. А я тогда предпринял следующий шаг, обратился с письмом к И.П.Сиротинской, ответственному секретарю комиссии по творческому наследию писателя. И.П.Сиротинская работала тогда заместителем директора Центрального государственного архива литературы и искусства, и свое письмо я написал просто на архив: причем просил у Ирины Павловны интервью о Шаламове, написав несколько вопросов к ней. И к своей радости получил вскоре подробные ответы на мои вопросы. 18 декабря 1988 года это интервью было опубликовано в «Красном Севере», и это следует считать первой серьезной публикацией о Варламе Тихоновиче в Вологде. Оно и сейчас ни в чем не устарело, не утратило своего значения. Ирина Павловна сделала в этом интервью акцент на теме «Шаламов и Вологда». В частности, в интервью об этом говорилось так: «Вологда - истоки его жизни и творчества. Там он сложился как личность. Оттуда, из юности - его бескомпромиссное неприятие лжи и несправедливости. Это становится совершенно понятным после прочтения повести «Четвертая Вологда». В этом интервью были, конечно, и трагические сведения. Сиротинская впервые рассказала вологжанам о последнем периоде жизни Шаламова. Она писала: «Варлам Тихонович был очень серьезно болен. Есть у нас в архиве заключение о состоянии его здоровья - его просто страшно читать. Больное все - сердце, печень, нервы, наступают глухота и слепота. Он находится в доме инвалидов. Я там бывала, и это всегда было тяжкое зрелище. Он был уже полным инвалидом, но не сдавался, диктовал свои стихи: До последней минуты, До конца, до конца! В этом искалеченном, бедном теле жила душа - не сломленная, неустрашимая... В нем всегда ощущалась незаурядность, большой масштаб личности, «крупность». Он и сам был настоящий северянин - высокий, голубоглазый. Сразу ощущался характер - сильный, твердый. Конечно, был он очень неоднозначен, противоречив, сложен. Кратко о нем рассказать трудно». Впоследствии обо всем этом было много написано - и И.П.Сиротинской, и другими. А я тогда ездил в Москву в ЦГАЛИ к И.П.Сиротинской и получил от нее новые материалы для других, еще более крупных публикаций, на этот раз в газете «Русский Север». Очень хотелось издать первую книгу из произведений Шаламова в Вологде, я пытался это сделать, но начались годы развала, и сделать этого не удалось. Все же в моей книге «Тень генералиссимуса» (1991 г.) есть глава о Шаламове - первая вологодская книжная публикация о нем. А в моем двухтомнике, изданном московским издательством «Современник» в 2000 году, о Варламе Тихоновиче есть мой большой очерк, и я включил в издание статью «Дом Шаламова» незабвенной Марины Вороно, так много сделавшей для создания музея писателя в Вологде Так мы открывали для себя и Вологды классика отечественной литературы - Варлама Тихоновича Шаламова.
Комментарии (0)