КАК ВЫТЯНУТЬ ПЛАН
498
За последнюю неделю редакция получила 56 писем, из них по Интернету - 17
На утренней пятиминутке на эстакаде мастер смены Лидия Федоровна категорически заявила: - Ну, вот что, орлы, если хотите заработать, то никаких прогулов, пьянок. Неделя осталась до конца месяца, и надо вытягивать план. А тебе, Поликарпыч, особо говорю. Смотри, с утра уж под хмельком! Иван Поликарпович, суетливый, небольшой, плутоватый мужик, заоправдывал-ся: - Ну, Федоровна, это ты напрасно на меня бочку катишь! - А нос? Твой нос что показывает? - строго спросила мастерица. С некоторых пор нос точно, как барометр, показывал одно: если Поликарпыч выпивал больше нормы, то он был непременно красным. Когда бригада отдыхала в обед, Колька Фомичев, кобенясь перед Поликарпычем, выдал: «Ты не бойся, Ваня, носа своего, он ведь с красным знаменем цвета одного!» Бригада покатилась со смеху, а хозяин необычного носа запереживал: теперь нельзя стало прийти на работу выпивши. А обидеться на Фомичева он не мог. С некоторых пор Поликарпыч стал поторговывать самогонкой, а аппарат для изготовления брал как раз у Кольки. Самогонка Поликарпы-ча отличалась своей рецептурой, и была лучше всех. Если кто выпивал его зелье, то не буянил, не бедокурил, а тихо засыпал. Этим воспользовались бабы. Они охотно покупали «поликарповку» для своих мужиков, и когда те мирно и надолго засыпали, уходили на танцы и гуляли до утра, благо в клуб приходило много и приезжего люда: вербованные и сезонники, жгучие южные парни. А утром, нагулявшись вволю, будили своих благоверных: вставай на работу, я всю ночь из-за твоей пьянки не спала, тебя сторожила. Поликарпыч тихо похохатывал, зная про это дело, и откладывал деньги от проданной самогонки на черный день. Все бы ничего, но однажды постучались к Поликар-пычу в дверь приезжие электрики. Парням захотелось выпить среди ночи, и местные доброхоты указали на его дом. Днем самогонкой торговала жена Поликарпыча по прозвищу Жмот. Работая на эстакаде ночным сторожем, она целые дни была дома. В ту ночь ни Анны, ни Поликарпыча не было дома - они уехали за товаром в город. Открыла ребятам дверь бабка Евдокия - мать Анны. Она продала самогонку, а потом догнала их и додала две таблетки: Родимые, вы забыли это. Ваня в каждую бутылку кладет по димедролине, а вчера положить забыл. Парни захохотали, а наутро кому-то рассказали. А где знают двое, там знают все. Многим на поселке стало обидно, что Поликарпыч так их обвел, и кто-то сгоряча накатал на него в милицию. Там и раньше хватались за голову от проделок разношерстного населения этого поселка. Кого там только не было: осевшие репатриированные немцы, вербованные белорусы, сезонники-молдаване. А хлеще всех - наш русский люд. Пример - сам Поликарпыч. То он головы жителям разбивал в клубе, предварительно выбивая гирей все лампочки и действуя в темноте. В другой раз с получки, выпивши, пригнал по ошибке чужого теленка, зарезал его, крича на весь поселок: «Я фермер, а вы все лодыри!». А его собственный теленок, нагулявшись в лесу (осенью скотина, бывает, по неделе не приходит домой -паутов нет, вольготно гуля-ется и ночью еще тепло), пришел домой. А соседи тем временем безуспешно искали своего теленка... А чего стоил один только Коля Барон, посидевший пять раз на зоне? Он «ботал на фене» лучше, чем иной англичанин на своем родном. Мужики в поселке быстро смекнули: если кто из начальства приезжал - наперед ставили Барона. Он так баритонил, что любого забивал своим жаргоном. В этот раз начальник милиции решил схитрить. Он послал своих сотрудников в командировку, заставив их переодеться в гражданскую одежду. Поликарпычу в тот вечер ну очень захотелось выпить. Жена ушла сторожить эстакаду, бабка Евдокия легла спать. А брага (хорошая, на ягодах) стояла на полатях. Поликарпыч прятал ее там за старыми валенками. Он с трудом вынул бутыль и поставил ее на печь. В это время в дверь постучали. Он заторопился, оступился и вместе с бутылью полетел на пол. В это время в дом вошли сотрудники милиции... Так закончилась для Поликарпыча его «малина».
Комментарии (0)