Я была еще совсем маленькой, когда призвали в Красную Армию сначала Николая, а потом и Михаила. Оба были рослыми, красивыми парнями. Это было еще до войны. Николай погиб в самом ее начале, при обороне Днепра. Где он похоронен, неизвестно. Михаил писал домой, что он отомстит за брата. И мстил, пока был жив. Летом 1942 года командир взвода 1880-го противотанкового батальона лейтенант Михаил Копейкин, героически сражаясь при отражении танковой атаки противника, был тяжело ранен в Донбассе, около города Серго. В конце октября наша семья получила похоронку. В ней сообщалось, что Михаил скончался от ран 22 октября 1942 года и похоронен в Махачкале. Сослуживцы его в своих письмах писали, что он храбро сражался и героически погиб. Посмертно награжден орденом Славы, а до этого был удостоен ордена Красной Звезды. В 1946 году жена Михаила, Екатерина, ездила в Махачкалу, но найти могилу не смогла, документов не оказалось. Мы смирились, хотя в сердцах теплилась надежда, что удастся найти могилу родного человека. И вот чудо! В начале 1988 года мы получили письмо из Махачкалы. Автор его, Валентина Васильевна Макарова, работник музея «Боевой славы», сообщала, что Михаил Копейкин обнаружен в музейных списках погибших и что похоронен он в Каспийске. Но так уж случилось, что в этом несчастливом для нашей семьи году скончались мой младший брат, сестра и ее муж, и мне было не до поездки. А потом были Карабах, Чечня... Город Каспийск стал закрытым для въезда. К 60-летию Победы я получила 10-й том книги Памяти Дагестана, в котором значится мой брат, а также приглашение приехать в Махачкалу. В областном военкомате, куда я пришла с книгой Памяти и письмом, меня очень тепло, участливо принял майор Силантьев. Он позвонил в военкомат Каспийска, там подтвердили, что лейтенант Копейкин похоронен в этом городе и что они готовы принять меня. И я отправилась в далекий Дагестан, который оказался потом таким близким и гостеприимным. На вокзале в Махачкале меня встретил академик Ибрагим Мусаевич Абогаров, приехавший из Каспийска на своей машине, и отвез меня к себе домой, где я и обосновалась. Жена его, Гайназат Аильдеровна, директор центра молодежной политики, тепло приняла меня. Они для меня как родные дети - им обоим по сорок лет. Вместе с ними мы три раза ездили на воинское кладбище, которое охраняется. Нас пропускали без проверки документов, так как Ибрагим - знаменитый человек, и не только в этом городе. В честь Ибрагима Мусаевича и его отца, академика национальной академии Дагестана, члена президиума международной Академии транспорта, назван один из переулков города. Мы с Гайназат посетили площадь, на которой в 2002 году был совершен теракт, в результате которого погибли 45 молодых российских солдат. Каждому из них установлена памятная доска, а на стенах домов сохранены соболезнования родным погибших. Это убедительное свидетельство уважения дагестанцев к русскому народу. Гайназат сказала мне, что они будут навещать могилу моего брата, заботиться о ней. И она выполняет это обещание. В прошлом году они всей семьей посетили могилу Михаила, возложили красивый венок, еще до этого поставили мраморную плиту. Об этом они сообщали в своем письме, приложив фотоснимок захоронения. Еще во время моего пребывания в Каспийске мы с моими новыми друзьями навестили В.В. Макарову. Я как могла выразила ей свою благодарность. Расстались мы как родные сестры. У меня не находится достойных слов, чтобы выразить искреннюю благодарность этим замечательным, добрым людям. Настоящие друзья познаются не только в беде. Видимо, никогда не забуду того, как трогательно провожали меня домой Ибрагим и Гайназат. Уезжала я с таким чувством, как будто часть сердца оставила в ставшем таким близким Каспийске. Я познала настоящее кавказское гостеприимство.
Комментарии (0)