Вот уже два года, как нет его среди нас. Одни называли Павлова Дон Кихотом Никольского района, другие - человеком, стреляющим из пушки по воробьям. Обвиняли его в оплёвывании прошлого и в клевете на советский образ жизни. Для секретаря райкома партии он был «путаником, не знающим ни всемирной истории, ни конституции зрелого социализма». Друзья и единомышленники были иного мнения. Называли его истинным патриотом и гражданином своего Отечества, активным борцом с показухой и процентоманией. С Алексеем Александровичем я был знаком с 1975 года. Первая встреча произошла в хирургическом отделении районной больницы во время далеко не простой операции, которую я проводил. Диагноз был «острый аппендицит». Операция шла к завершению, когда пациент спросил: «Скоро ли закончите?» Я ответил: «Потерпите немножко, скоро». Вместе с операционной сестрой Г.В. Сальниковой мы услышали в ответ: «Не спешите, не рукавицу шьёте». Стало ясно, наш пациент -мужественный человек. В последующем знакомство переросло в дружбу, несмотря на разницу в возрасте. В его письмах, а их у меня накопилось около тридцати, и многочисленных встречах постоянно чувствовалась боль души этого человека за многое из того, что творилось вокруг. Особенно волновала его назревшая необходимость реформы в школьном образовании. Краткая биография А.А. Павлова такова. Родился в 1931 году в деревне Чел-паново в многодетной семье. После окончания семилетки и педагогического училища в Никольске служил в армии. Затем заочно учился в Вологодском пединституте на историческом факультете. С 1954 года стал работать учителем истории и физкультуры в Калининской семилетке, в последующем стал директором школы. Его всегда возмущали те люди, которые стремились взять от общества побольше, почти не давая ему ничего. Он с горечью писал в одном из писем о серьёзных проблемах в воспитании детей: «Семилетние мальчики и девочки приходят в первый класс с большим желанием учиться. Они охотно овладевают навыками чтения, счёта, занимаются физкультурой, играют со сверстниками. Большинство родителей не ограничивают детей в этих играх-забавах, не следят, как они выполняют домашние задания, читают ли дома. А бывает и хуже: малыш просит маму или папу послушать, как он читает интересную книжку. Мама ему в от- вет: «Отвяжись, мне некогда!» А к папе лучше не обращаться - он устал или явился с работы пьяным. За несколько лет такого безразличного отношения родителей к воспитанию между родителями и детьми появляется психологический барьер. Дети чувствуют, что их не заставляют учиться и помогать по дому, постепенно привыкают к лёгкой жизни. Они всё чаще приходят в школу, не подготовив уроков, интерес к ежедневному пополнению знаний у них снижается, а игры превращаются порой в преступные шалости. Неудовлетворительные знания у формирующегося балбеса прикрываются учителями спасительной «тройкой». Когда я был директором школы, за месяц устроили две проверки моей работы. Выводы: раз двойки ставлю и учительниц ориентирую на честную работу, значит, работаю плохо... А то, что есть закон, запрещающий враньё - это вроде не закон, а так, пожелание. Пришлось написать заявление о своём несогласии с политикой роно и облоно. Заявление об отставке заведующий роно встретил с ликованием. Работа моя вращается по освоенной орбите: весной -огород, летом - сенокос, осенью - уборка, зимой - дрова, вода, снег и уход за живностью. Зимними вечерами -чтение и «Новости» по телевизору. Остальное не смотрю - отвлекаловка...» «О трудовом воспитании заговорили в 1958 году. Стали открываться в школах мастерские по дереву и металлу. В средних школах начинают работать производственные бригады. Совместно с председателем колхоза организовали из 15-летних подростков ученическую бригаду для заготовки сена. Место на берегу реки Юг, рядом с древним городищем. Ребята научились косить, загребать, укладывать сено в зароды. Заготовили больше ста центнеров превосходного сена. Не все выдержали, некоторые сбежали. Но основной костяк справился. Приходится разъяснять разницу в понятиях «научить» и «воспитать». Научить работать граблями или косой можно за один день, а воспитание потребности в труде - процесс длительный. Думаю, что я одержал большую победу над теми, кто не понял сути реформы школьной, а дело трудового воспитания понимает формально и упрощённо. Накануне февральского пленума ЦК « Учительская газета» допустила меня участвовать в заочном педсовете. «Учение и труд -как их совместить?» На второй странице газеты моё письмо по этой проблеме цитировалось трижды. В школе и роно моё « самовольство» на «общесоюзном педсовете» не было замечено». «В период школьных каникул проехал по маршруту: «Котлас - Архангельск - Мурманск - Кандалакша -Петрозаводск - остров Кижи - Санкт-Петербург - Великие Луки - село Борки Псковской области - Москва - Обнинск - Вологда - Никольск. В каждом городе были интересные запоминающиеся встречи. В селе Борки Великолукского района живёт Иван Афанасьевич Васильев, писатель-публицист яшин-ско-абрамовского характера. В 1986 году его труд оценён Ленинской премией. Он создал музей военной книги и картинную галерею. В Ленинграде встречался с Аллой Ивановной Корнее-вой, учительницей литературы 90-й школы, создавшей клуб «Дым Отечества» и установившей связь с «Яшин-ской рябинкой» из ПТУ Вологды. Два дня беседовал с Евгением Алексеевичем Линдом, учителем физкультуры 235-й школы - эрудитом, музыкантом. Он создал музей «А музы не молчали» о подвиге театра музыкальной комедии в блокадном Ленинграде. Вовлёк в эту работу десятки энтузиастов. Только от художников получил более ста картин, тематически связанных с обороной Ленинграда. И музей перерос рамки школьного». «Если сформулировать мои планы после выхода на пенсию, то они укладываются в два слова - пером и топором. Я не могу представить себя сидящим с удочкой на берегу реки, которая в полукилометре от моего дома. Начал писать книгу в трёх частях: «Моя судьба - в судьбе Отечества». Многолетняя работа по сбору воспоминаний участников Великой Отечественной войны, исследовательская работа о павших земляках дали обильный материал, который не должен храниться в личном архиве. В книге будет отражено моё отношение к школьному образованию. Написать книгу советовали мне многие товарищи по основной работе и те, с кем приходилось вести общественные дела». «Меня окрылил недавно Василий Иванович Белов. Я послал ему третью книжку, а он мне - трилогию «Час шестый», изданную к его 70-летию. «Кирпич» почти на тысячу страниц. Даю копию его письма. «Дорогой Алексей Александрович! Благодарю вас за поздравление и восхищаюсь вашей книгой. Посылаю свою. Может, и почитаете когда. А может, уже и читали? 374-я страница этой книги особая: взгляните ещё раз, если читали. Желаю вам благополучия». Величайшая скромность Василия Ивановича: мою брошюру так оценил, а свою, «может, и почитаете!» Я, конечно, читал всё им написанное. Трилогию сейчас перечитываю: Василий Иванович помог мне и материально в издании книги (послал 10 тысяч рублей)». В одном из последних писем А.А. Павлов с сожалением написал: «Как близка грань, отделяющая основную часть жизни от её завершающей части. Я планирую жить век! Шучу, конечно. Многое зависит от различных обстоятельств и нелепых случайностей. Помогает хобби. Очень жаль сжигать газеты со статьями о Шукшине, Астафьеве. Делаю альбомы с вырезками. О Шукшине заполняю седьмой, об Астафьеве четвёртый. Я их храню и перечитываю. Набираюсь от них, от характеров этих людей оптимизма. Без опоры на этих людей, наверное, не устоять бы. Тем более возраст и положение дедушки обязывает быть на ногах и смотреть прямо!» ...Перечитываю письма Алексея Александровича Павлова и вспоминаю его яркие поступки. Например, с какой убеждённостью он встал на защиту творчества Александра Яшина, когда на писателя обрушилась жесточайшая критика за рассказы «Вологодская свадьба» и «Рычаги»! А вот случай на предвыборном собрании, когда Павлов выступил против санкционированной сверху кандидатуры в депутаты Верховного Совета страны и предложил выдвинуть писателя Фёдора Абрамова. Это уже было равносильно «бунту на корабле», за что Алексея Александровича исключили из партии. За такое « самовольство» он и страдал, получив прозвище «Дон Кихота», в которое, правда, мало кто вкладывал негативный или ироничный смысл. Скорее это было синонимом слова «правдоискатель». Большое видится на расстоянии, мудро заметил Сергей Есенин. В самом деле, теперь очевидно, что именно благодаря протестным голосам « районных и прочих Дон Кихотов» ушёл в небытие прежний режим, до неузнаваемости изменилась страна. Не всё в нашей сегодняшней жизни так, как им хотелось. Многое надо совершенствовать, реформировать, а то и в корне менять. Но есть надежда, что в России не перевелись Дон Кихоты, благодаря которым и происходит вечное обновление бытия. С какой убеждённостью Алексей Александрович Павлов встал на защиту творчества Александра Яшина, когда на писателя обрушилась жесточайшая критика за рассказы «Вологодская свадьба» и «Рычаги»! А вот случай на предвыборном собрании, когда Павлов выступил против санкционированной сверху кандидатуры в депутаты Верховного Совета страны и предложил выдвинуть писателя Фёдора Абрамова. Это уже было равносильно «бунту на корабле», за что Алексея Александровича исключили из партии.
Комментарии (0)