На селе, в том числе и в нашем Нечерноземье, чтобы заманить людей на строящиеся комплексы, с конца восьмидесятых - начала девяностых годов сверху была провозглашена ошибочная, на мой взгляд, доктрина -неперспективность мелких и дальних деревень, поскольку мощным животноводческим комплексам требовались не хозяева земли, а просто многочисленные наемные рабочие... Вот так постепенно, год за годом, и вытравили крестьянское самосознание почти на все сто процентов. Поэтому и сейчас рисковых крестьян-хозяев осталось в реальности по нескольку человек на каждый бывший когда-то колхоз. Вот и в нашей известной и небедной «Авроре» происходит то же самое. Что же делать, если большинство селян уже привыкли - это уже в крови - работать артельно и просто не готовы морально единолично рисковать даже ради лучшей счастливой доли. И я их в этом нисколько не виню, поскольку понимаю, что они обременены семьями с детьми и... прекрасными благоустроенными квартирами. Причем сейчас в Росси уже никто не сомневается и не спорит, что локомотивом сельскохозяйственного сектора экономики являются крупные агрофирмы, колхозы и кооперативы, а фермерские и подсобные хозяйства, хоть и существенно, но лишь дополняют их. С ростом старения сельского населения и превышением смертности над рождаемостью (а сельские мужчины сейчас из-за пьянства не доживают и до шестидесяти), перед крупными хозяйствами встает вопрос нехватки рабочих кадров, и это несмотря на неплохие условия труда и приличную для деревни зарплату. И, как следствие - идет сокращение количества ферм и поголовья скота, что ведет к запустению дальних земель. Они уже через два года начинают зарастать ивняком и ольхой, березой и осиной, и даже соснами, если рядом хвойный лес. Вот и в нашей передовой «Авроре», где работают, в общем-то, неплохие специалисты, уже лет пять замечаю, когда хожу в лес, что вокруг Суворова и других деревень бывшего колхоза «Ударник» малые поля, скрытые от постороннего глаза перелесками, зарастают лесом. А объясняется это все переизбытком кормов, поскольку силосные траншеи с добротным клевером и другими ценными белковыми травами у деревень Суворо и Евсюково стоят никем не востребованные уже не первый год. Но если посмотреть на эту проблему шире, то в соседнем хозяйстве «Бушуиха», на родине моих деда и отца, таких заброшенных земель только на нашей стороне - а это деревни (половина живые) Щекутьево, Серегино, Бушуиха, Вознесенье, По-повка и Богослово - раз в десять, наверное, больше, чем в «Авроре». А все потому, что в «Бушуихе» и раньше дела шли не ахти, поскольку ей так не помогали, как «Авроре» во времена Николая Подгорнова. Вот сейчас хозяйство обезлюдело и находится на грани банкротства, переходя от одного хозяина к другому. И всю эту разруху я наблюдаю каждый год перед самым сенокосом, когда хожу проведать могилы отца и матери на Беляевское кладбище, что за Щекутьевом близ железной дороги. И если уж зарастают целые поля, то что говорить про бывшие овины бывших колхозников. В Суворове, например, кроме моего участка, на овинах давно собирают грибы и ягоды. Здесь даже гнездятся уже глухари и утки. Выход из данной ситуации я вижу простой, но, может быть, просто нереальный. Что, если пригласить в дальние деревни на пустующие земли русскоязычных переселенцев из стран СНГ? Я понимаю, что в такие деревни, вроде моей, с единичными постоянными жителями, поедут разве что разуверившиеся в друзьях или женах, подальше от городской суеты, любители охоты, рыбалки и грибного изобилия. Наверняка уже не совсем молодые, сердечники или гипертоники, вроде меня. Но, возможно, втянувшись в простую крестьянскую работу, они захотят здесь остаться навсегда. Можно предложить пустующие деревни для создания фермерских и подсобных хозяйств с последующим образованием заготовительных кооперативов и жителям густонаселенных северо-кавказских республик бывшего Советского Союза. Тем более, что представители почти всех этих национальностей уже давно живут и работают в наших вологодских поселениях. А поскольку у них, как правило, большие семьи и сильные родственные связи, то предлагаю на каждое поселение, где есть пустующие деревни с более-менее пригодными для жилья домами, приглашать две-три семьи. Думаю, они легко уживутся с нашими дачниками. Много народа в любом случае не поедет в глухие деревни, но кто-то, уверен, и согласится. Конечно, прибавится работы не только администрациям поселений, но и участковым милиционерам, и в целом милиции. Но игра будет стоить свеч - при правильной и мудрой организации. А когда через два-три года с помощью переселенцев заработают торгово-закупочные кооперативы, куда крестьянину будет более-менее выгодно сдавать молоко, мясо, овощи, грибы и ягоды, то и местные жители, разъехавшиеся отсюда по городам и весям, начнут помаленьку возвращаться к родным пенатам.
Комментарии (0)