Белозер Кирилл Куваев кормил грибами и лечил сабельником защитников Ленинграда
1069
Сельский учитель Кирилл Арсентьевич Куваев, мой земляк, был призван на служение Родине из деревни Волково Белозерского района. Ранее он воевал на Финской войне. Дома пробыл недолго, за это время успела его семья лишь пополниться двумя детьми. Стало их семеро. Вот такой груз упал на плечи любимой жены Капитолины на всю оставшуюся жизнь.
Семеро по лавкам
Ростом Кирилл Арсентьевич был невысок, телосложения сухощавого, волосы светлые, а глаза - серо-зеленые. Окончив Белозерское педучилище, он работал в родном Волкове учителем. Деревня стояла на высоком берегу красивейшего Новозера. Сейчас в ней только дачные дома. Посередине озера раньше находился Кирилло-Новоезерский монастырь, который являлся последним живым очагом православия в округе в те годы. Нынче здесь находится исправительное учреждение, а церковь в деревне Кобылино (Карл Либкнехт) была и школой, и клубом. Такие были времена. Нелегко было с этим соглашаться Кириллу Куваеву, но он обладал характером мягким, всепрощающим и считал, что этого требовало время. Вырастили его бабушка и дед. Отца убили во время поездки за товаром (он держал лавку в деревне), а мать не пережила его смерти. В училище у Кирилла был закадычный друг Василий, который впоследствии стал желанной родней. Женился Кирилл на сестре Василия - русокосой красавице Капитолине. Семья Могуновых, из которой она вышла, была в округе известной: глава семьи - учитель, революционер со стажем. Старого большевика даже хоронили с оркестром.
Подарила мужу любимая жена семерых детей - троих мальчишек и четырех дочек. Жить бы да радоваться молодым и богатым на детей родителям, но помешала проклятая война с фашистами. А поскольку до нее Кирилл успел понюхать пороха на Финской войне, солдаты в окопах к нему относились с уважением.
Попал Кирилл Арсентьевич в часть, которая стояла на защите Ленинграда. Волховский фронт. Бойцы мокли и мерзли в болотах, окружающих город, отчаянно голодали, но врага не пропустили, остановили. Немцы то не жалели снарядов, обстреливая наши позиции, то умолкали. Соблюдали свои праздники, не стреляли, а наши и в морозы шли в бой, и в метель-завируху. Летом легче было с питанием, помогала выжить матушка-природа: щавель, ягоды, грибы. Своим отношением к природе Кирилл Арсентьевич (бойцы его звали только по имени-отчеству) удивил всех. Даже на фронте он призывал относиться к ней бережно. Однажды в передышке между обстрелами они с товарищем пошли за грибами. Обычно наберут по целой каске, а на этот раз не везет, и все тут. Увидел Кирилл сабельник и решил на обратном пути его прихватить - лекарств не хватало. Напарник через некоторое время наблюдал следующую картину: стоит его товарищ на коленях перед огромным грибом да вроде ему еще и кланяется. Повезло в этот день бойцам, наелись грибной похлебки досыта. Командир спросил Кирилла, действительно ли он молился в тот момент, на что получил ответ: «Наверное, молился, а точнее сказать, благодарил природу за подарок». Он возмущался, забывая, что идет война, тем, как люди, вырубая леса, не сажают новых деревьев, и называл природу высшей силой, которой люди должны поклоняться. Призывал заботиться о ней, считая ее главным божеством.
О чем только не вели разговоры бойцы самого разного возраста: о происхождении человека, Солнечной системе, братьях наших меньших… Спросили учителя и о православной вере. Кирилл не отказался от нее, поскольку в церковь его водили с детства. В душе он верил в Бога, особенно здесь, на войне, где господствовала смерть. От разговоров о религии переходили к земным делам и заботам. И так хотелось Кириллу Арсентьевичу вернуться с поля боя живым и здоровым в свою деревню к жене, детям, ученикам! Но этого не случилось.
«А тебе с того света семье не помочь…»
7 ноября 1942 года, в 25-ю годовщину Октября, его тяжело ранило. Принесли в блиндаж истекающего кровью, перевязали. Скулы и подбородок заострились, ворот расстегнут, а там виден… крестик. Врача рядом не было, пока не прекратился обстрел, помочь раненому никто не смог. Он тихо умирал. Вспоминал дом. Говорил, что умирать страшно. Хотел жить, быть рядом с детьми, видеть, как они растут. Маленькая Диночка, жена написала, уже говорит «мама». Кто их поддержит, защитит? Старшей всего 14 лет. И голодно будет, и болеть будут, и обижать найдется кому, а ему с того света им не помочь. Плакал солдат. Умер тихо, как и жил. Последней его фразой были слова о рождении младшей дочки, а значит, о продолжении его жизни. Похоронили Кирилла Арсентьевича в братской могиле, каких было много вокруг Ленинграда.
Капитолина Ивановна одна вырастила детей, потеряла только одного сына - утонул маленьким. Держала двух коров, дети помогали на сенокосе и выращивали на зиму овощи. Все они стали уважаемыми людьми.
Век Капитолина Ивановна доживала у младшей дочери - Дины Кирилловны в селе Маэкса. Много пережила эта женщина, муж, умирая, как в воду глядел: когда она тяжело заболела, детей разобрали родственники, а кто-то из них попал в интернат. Но она поправилась, собрала своих деточек в родительском доме. Потом пришлось переехать с семьей в другую деревню. Все пережила Капитолина Ивановна - настоящая некрасовская женщина.
Дина Кирилловна разделила судьбу матери. Рано овдовела, жизнь посвятила своим детям и внукам. Женщина она закаленная, купается в Белозерском канале в любую погоду. Верная подруга, замечательная соседка, а уж хозяюшка - каких поискать! Держит хозяйство, любит растить цветы. И верно чтит память отца и матери. 22 июня нынешнего года Дина Кирилловна вместе с сыном присутствовала на митинге в селе Артюшино, где на стеле высечено имя ее отца. Жизнь продолжается.
В письме использованы материалы из книги Петра Могунова «Мимо острова Буяна».
Любовь КОЛЫНИНА, село Маэкса, Белозерский район
Комментарии (0)