Улицы и огородцы

Москвичка делится воспоминаниями о своем деревенском детстве на Вологодчине

В газете «Красный Север» часто печатают рассказы читателей, посвященные деревенскому детству, и это радует, поскольку у многих самые теплые воспоминания связаны именно с сельским прошлым, даже если они большую часть взрослой жизни связали с городом, как произошло у автора этих строк. Настала и моя очередь с благодарностью поведать о своей деревне близ села Косково Кичменгско-Городецкого района, где мы родились и выросли.

И прочая «лопоть»

В ту пору, когда мы росли, в нашей деревне насчитывалось около сорока домов. Они были разные - и маленькие в три окошка, и большие просторные пятистенки, украшенные деревянной резьбой.

Самым красивым в деревне считался дом, в котором жила семья Погодиных. Он был с мансардой и большим палисадником, красовался в самом центре. А был еще и такой, что не разберешь, дом это или баня. Там проживала маленькая странная старушка по имени Таня Оленкина, которую мы, дети, почему-то боялись и думали, что она может нас заколдовать.

Примечательно, что фамилии почти всех жителей начинались на букву «П»: Пахолковы, Петряшовы, Потаповы, Погодины, Пустоваловы... А к именам замужних женщин добавляли имя мужа так, что звучало это как фамилия. Например, наши бабушки звались Поля Мишиха, Настасья Васиха, Настасья Егориха. Жили в деревне и Мария Федюниха, Мария Ваниха, Саня Колиха...

По всей деревне росли высоченные тополя, липы, черемухи. Весной в скворечники прилетали скворцы и очень красиво пели. А еще весной, когда таял снег, разливалась по всем огородцам река Силовка, в которой женщины обычно старались успеть выстирать половики, фуфайки и прочую «лопоть». Деревня жила и дышала полной грудью.

По ласковой улице

Наш дом стоял на самом краю деревни, позади него простирались колхозные поля и леса. Из передних окон можно было увидеть почти всю деревню до другого края и дальше - до синего горизонта лесов. В восточных окнах всходило солнце, из западных можно было любоваться закатом и куполом сельского храма.

Почему-то особенно часто вспоминается раннее летнее утро. Теп­лые солнечные блики играют на полу, в них нежится кошка с котятами, наблюдая, как мама разливает по банкам свежеподоенное молоко. Нам нравилось гнать корову в стадо по ласковой утренней улице. Коровы, брякая колоколами, щипали мокрую от росы траву. Каждый колокол имел особенное звучание, по которому хозяйка еще издалека узнавала свою кормилицу.

Караулить коров у нас в деревне было заведено по очереди. Бывало, вечером засыпаешь усталый, набегавшись за день за ними, а эти колокольчики все звенят в ушах... Но сегодня, выполнив порученное дело, мы радостно бежим обратно домой, наслаждаясь тем, что сейчас каникулы и впереди ждет новый интересный день.

Столько радостей, столько развлечений мы себе придумывали вместе с другими деревенскими мальчишками и девчонками! Бегали купаться на речку, играли в мяч, индейцев, войнушку, «колечко», строили шалашки, обзаводясь игрушечным хозяйством и соревнуясь друг с другом по степени их уюта. Собирали для их украшения букеты цветов - желтых «балабончиков», синих колокольчиков и розовых «самоварчиков». А еще коллекционировали цветные стеклышки от разбитой посуды - это были наши сокровища. Зимой смело катались на лыжах и санках с крутых трамплинистых угоров, ныряли с огорода в глубокие снежные сугробы. Бывало, по весне образовывался такой крепкий наст, что огородец превращался в настоящее футбольное поле. Одним из любимых развлечений было качание с песнями на качулях, которые привешивались к перекладине в санниках. На Христов день это было особенно актуально. Девочкам в честь праздника надевали красивые цветастые полушалочки, и они смотрели, у кого на них какие цветы и у кого их больше.

Деревня приучала к труду

Однако игры играми, но деревня приучила нас к труду с детства. Для нас было естественным делом вместе со взрослыми косить и загребать сено, полоть грядки, окучивать картошку, носить воду и дрова, заготавливать в лесу вязанки березовых и осиновых веток для коз и овечек - это занятие называлось «ломать лист». Помню, как одно лето совместно с другими детьми мы самостоятельно пасли наши овечьи «стада», беря с собой провизию и превращая это дело в увлекательные пикники.

Но, пожалуй, самым незабываемым в череде летних трудовых будней была заготовка колхозного сена. На это трудовое мероприятие собирались всей косковской бригадой. Бригадиром официально назначался кто-нибудь из деревенских мужиков. Место сбора обычно было под тремя липами. Через какое-то время приезжал трактор, все садились в телегу, и он вез нас на сенокосные угодья, которые чаще всего были на Кузнецове и по берегам речки Курденьги. Народу на сенокос набиралось много. Ездили целыми семьями, а если кто-то в это время приезжал в гости, то тоже принимал участие в этом важном деле. В таком составе было очень весело работать. Столько шуток, смеха, интересных историй можно было услышать в тот день... После дружной работы всех сенокосников ждал обед: сваренные на костре вкуснейшие овсяные шти и ароматный чай из листьев смородины.

Вспоминаются места, с которыми были связаны интересные моменты деревенской жизни. Например, косковский Угор, где по традиции праздновали Ильин день. На этот праздник специально приезжали даже из других деревень. Весело играла гармонь. Самым знаменитым гармонистом деревни был Николай Исаевич Пустовалов. А если вдоль Угора спуститься к ферме и дальше, то там будет Ключ, куда мы бегали купаться. На самом деле это та же речка Курденьга. Неширокая, но нам вполне хватало поплавать. Любили мы лакомиться черемухой и самые сладкие кусты из них знали наперечет, забирались на самый верх и объ­едались до оскомины в горле.

Если уж зашла речь о ягодах, то нельзя не вспомнить Никанорово болото, куда мы ходили за черникой и за «кисельками», то есть морошкой. Еще одно известное место с очень красивым названием Светлая Грива славилось грибами. Но до него нужно было идти несколько километров и не бояться медведей. Много и других интересных названий косковских окрестностей всплывает в памяти: Избище, Березовухи, Олепица, Капустники, Петрухины Ворота, Щипичная Гривка, Конская Поскотина, Малое Поле. Говорят, когда-то за деревней стояла небольшая часовенка, но правда ли это, мы точно не знаем. Зато в нескольких километрах есть Лаврушин Лог, где бьет ключик с чистой родниковой водой, которая считается святой.

В деревне нашей, как и во многих других, была своя конюшня. Конюх Иван Ивановский, которого из-за доброго нрава все звали Ладен, доверял нам иногда водить лошадей на водопой. Вот же было счастье прокатиться верхом! А возить на них сено на волокушах в сенокосную пору было для всех ребят почетным делом. И уж круче некуда было после работы распрячь лошадок и мчаться на них верхом на речку. В тот момент лошади превращались в настоящих скакунов, а мы - в лихих наездников. Эх, где вы теперь, наши любимцы - милый упрямец Бурушко, гордый красавец Браслет, кроткий скромняга Карько, своенравная и игривая Рыжуха? Разве можно вас забыть?
Калейдоскоп воспоминаний можно крутить бесконечно, и если вспомнить все-все-все, то вместо письма получится многотомная книга. А в памяти светлым островком живет то солнечное раннее утро, как начало какого-то яркого праздника, который, казалось, никогда не кончится.

Елена Пахолкова, Москва